Читаем Обряд на крови полностью

Первое время лежал, совсем не шелохнувшись, всматриваясь до рези в глазах в тускло подсвеченный звездами полумрак, ловя слухом каждый возникающий в округе шорох. Но время шло, ничего не происходило, и поневоле исподволь полезли в голову разные мысли. «Что у него за ствол, интересно? Свой любимый винторез прихватил или еще какую-нибудь дуру поубойнее? Но в любом случае с ПНВ, глушаком и хорошей оптикой. А скорее всего, и с тепловизором к тому же? Так что маячить у него перед носом, в поле его зрения попадать совсем не желательно — в техническом оснащении я ему, естественно, проигрываю. И это надо обязательно учитывать. А потому одна надежда у меня, что я его первым увижу. Первым увижу и первым на курок нажму… И что он все-таки за человек-то такой? Как же он себе всю эту свою извращенную подлость мотивирует? Должен же он хоть как-то все это сам перед собою оправдывать. Это же — просто аксиома. Да изначально так — в человеческой натуре… Ну а если нет? Если живет, как тупая скотина, как растение, не морща лоб и особо не парясь, как теперь говорят, ни о чем вообще особо не задумываясь? Нет. Неправда. Он вовсе не такой. Отнюдь не дебил с одной-единственной извилиной. Я же его совсем другим знаю. Сколько мы с ним в свое время переговорили обо всякой всячине? Не только же на пару водку кушали да баб-подружек имели. Да в такие дебри философские порой залазили, что просто мозги плавились… Может, это Афган его так изменил? Конечно, Афган. Трудно даже представить себе, какого мерзкого дерьма он там нахлебался, чего он там насмотрелся воочию. Да что там насмотрелся? И сам, конечно, в этом участвовал. Пусть даже и не по своей воле. Ведь он не просто каким-то там обыкновенным ванькой взводным воевал, а командиром разведроты… Была, наверно, изначально у него в душе какая-то скрытая червоточинка, а после Афгана его окончательно переклинило. Да он же потом еще и на эту вонючую «контору» сколько лет отпахал! Да и сейчас еще, как видно, пашет. А и ежу понятно, какие там, во всех этих «конторах» гребаных, правила игры, какие нравы… А ведь если по большому счету, то я его толком-то и не знаю? Знаю только, что детдомовский, и все. Ведь он же мне ни о детстве своем, ни о родителях, ни о друзьях почти ничего не рассказывал. А это, наверно, многое бы объяснило».