Читаем Обретенный май полностью

— Правда не понимаешь? — Эля спустила ноги на пол, встала и подошла к мужу. — Все, Володечка, очень просто. Я прокололась, понимаешь? Уже тем, что запаниковала. Следовательно, стала опасной, тем более что Любомир был не единственным…

— Что?.. — Владимир заглянул ей в лицо, словно не понимая, о чем она говорит, или не веря собственным ушам. — Ты хочешь сказать, что… Ты же не хочешь сказать, Элька, что постоянно выполняла при нем роль посредника при передаче взяток?!

Эльвира поморщилась и отстранилась от мужа.

— Не груби, ради бога…

— Я просто называю вещи своими именами! Кстати: что-то ты никак не ответишь на главный мой вопрос, куда ты девала те деньги, которые набегали тебе за… Гм!.. данную услугу в виде процента?.. Ты ж не станешь утверждать, что занималась этой гадостью бесплатно?

— Да не занималась я ничем! Во всяком случае систематически… Раза два-три, не больше… Деньги, говоришь?.. А ты что — искренне полагаешь, что мы живем, а главное, одеваем и обуваем девочек на твою зарплату?.. Именно на эти деньги я и купила девчонкам шубки из норки прошлой зимой, помнишь?! И не на подачки же твоей матери, которые она, кстати сказать, в последние годы сильно урезала!

— Не такая уж у меня жалкая зарплата, чтобы на нее нельзя было одеть девочек, да и тебя заодно!

— Такая-такая, уж поверь мне на слово! — прошипела Эльвира.

— А умерить свои аппетиты тебе не приходило в голову?! — в голосе Владимира уже слышалась ярость. — А?.. Не приходило?! Да миллионы женщин были бы счастливы, если б муж приносил в дом то, что приношу я!.. Норковые шубки им, сопливым студенткам!..

— У них все так одеты! — Эля тоже повысила голос и отступила от Владимира на шаг, испытывая на самом деле растерянность. За все годы их супружеской жизни таким разъяренным она не видела его ни разу… Какая муха укусила сегодня ее мужа, всегда покладистого, избегавшего, как правило, любых не то чтобы конфликтов, но и вообще неприятных разговоров!..

Неизвестно, что бы он наговорил ей еще, но в дверь постучали, и на пороге, к удивлению обоих, собственной персоной возникла Нина Владимировна. Генеральша редко заходила в комнату сыновей, и Владимир с Элей уставились теперь на нее вопросительно.

— Прошу прощения, если помешала, — Нина Владимировна посмотрела на супругов неодобрительно, похоже, часть их ссоры она слышала. — Но вы почему-то не берете трубку…

— Трубку?.. — Эля удивленно глянула на телефонный аппарат. — У нас не было никаких звонков… Володя, посмотри, что там стряслось?

Владимир резко схватил трубку и почти сразу бросил ее на рычаг:

— Аппарат отключен, — буркнул он. — Я всегда говорил, что три аппарата на одной линии — много… Так что там, мама?

— В общем-то, ничего особенного. Звонила Маша, она останется сегодня ночевать в городе, но просила передать тебе, Эля, огромное спасибо за алиби… Ты что, и в самом деле ее видела?

— Зачем бы мне лгать?

— Думаю, незачем, — кивнула головой генеральша. — Но если память мне не изменяет, в сторону сторожки ты ушла не одна, а с Катей. Почему же тогда Машу видела ты одна? Ведь про Катю речи не было!

— А-а-а… Разве я не говорила? Катя как раз в этот момент споткнулась… Или подвернула ногу… Она слегка отстала и что-то там поправляла. Думаю, как раз этот свой игрушечный пистолет. Я ее ждала, а Машка как раз пролетела мимо как ошпаренная. Я автоматически проследила за ней взглядом. Не потому, что сильно удивилась ее экстравагантному поведению, а потому, что ждала, что она вот-вот свалится при таких скачках со своих шпилек… Но она не свалилась. А спустя пару минут — выстрел, и Катя кинулась как сумасшедшая туда чуть ли не сквозь кусты, орать начала… Думаю, она поначалу решила, что это ее муженек вступился за ее честь… Вот бедолага!

— Послушай, мама, — до Владимира, кажется, только что дошло, что именно мог еще означать Машин звонок, — так, выходит, Машку не арестовали, если она звонила из дома?..

— Нет. Я же говорила — то, что она встречалась с ним ночью, совсем не означает, что пистолет взяла Мария и убила… Ты же сам слышал, что сказала твоя жена. Нет никаких сомнений только в том, что этот человек шантажировал ее каким-то документом…

— Интересно знать каким… — Владимир задумчиво посмотрел на Элю. — Как думаешь?

— Что бы я ни думала, это в любом случае не факты, а домыслы, — оборвала его Эльвира. — Не исключено, что Маше в итоге все-таки понадобится адвокат. К моим словам могут и не отнестись достаточно серьезно, мы все-таки родственницы… Если на то пошло, самое надежное алиби у нас с Катей, поскольку мы все время были вместе, а познакомились за пару часов до убийства.

— Не просто адвокат, — вновь заговорила Нина Владимировна, — а очень хороший адвокат… Прости меня, Эльвира, за бестактный вопрос, но… Ты по-прежнему не общаешься со своим отцом?..

Эля слегка вздрогнула от неожиданности и начала медленно краснеть.

— По-прежнему, — нехотя проронила она. — И ничего в этом отношении менять не намерена. Никогда и ни при каких обстоятельствах.