Читаем Обретая Эвана полностью

Его странное спокойствие умиротворяет меня. Олли подхватывает мои туфли, и ведет через толпу, затем вниз по ступенькам; и все это время я не выпускаю его руку. Уличный зимний воздух слегка отрезвляет меня, и я плюхаюсь на край тротуара, уронив голову на руки. Я не одинока, еще несколько девушек шатаются вокруг или сидят возле меня. Я упираюсь ладонями в бетонную дорожку и стараюсь не блевануть, игнорируя то, как ходит ходуном земля.

Голоса позади смешались, и я улавливаю обрывки фраз.

— Значит, ты не вернешься со мной назад? — раздается женский голос.

— Нет. Я должен проводить подругу домой, — говорит Олли кому-то. Той же девушке? Соне? Я бы повернулась и взглянула, но, если сделаю это, меня вырвет.

— Подругу?

— Да.

— Ну могу я по крайне мере рассчитывать на прощальный поцелуй? — Сомневаюсь, что она трезва, что, впрочем, выдает ее голос.

Я так и не поняла, поцеловал он ее или нет, только минуту спустя послышался звук удаляющихся каблуков, а Олли опустился возле меня на корточки.

— Ты как?

Не в силах более сдерживать рвоту, я вываливаю содержимое желудка на ботинки Олли и тротуар. Я издаю стон, и к своему удивлению, понимаю, что он смеется надо мной.

— Ты открываешься мне с новой стороны, Несс. Ты никогда не станешь истинным медиком, если не научишься сдерживать то, что выпила.

Я игнорирую его и опускаю голову обратно на колени, желая вымыть изо рта горьковатый привкус. А также воспоминания о том парне из головы. На дороге передо мной возникают колеса машины и минуту спустя, Олли уже помогает мне забраться внутрь. Запах освежителя скручивает желудок, и я затыкаю рот.

— Она не поедет, если ей плохо, — протестует водитель.

— Ей не плохо, ее уже вырвало. — Олли наклоняется и пристегивает меня ремнем.

Когда автомобиль трогается с места, я прислоняю голову к окну и закрываю глаза.

— Прости.

— Ты не первая пьяная девушка, которой я помогаю. И сомневаюсь, что последняя. — Во всяком случае он веселится, а не злится. И не говорит о том, что только что видел.

— Прости за девушку.

— Какую девушку?

— Ту, которую ты оставил. Которая хотела поцеловать тебя.

Олли фыркает.

— Я не хотел целовать ее. Так что ты меня выручила.

— Но не так, как ты меня.

— Это да.

Весь оставшийся путь прошел в молчании Олли и моих попытках не блевануть. Когда мы добрались до дома, он поддел пальцами шнурок с ключом на моей шее, и стянул его через мою голову. Мое тело сжалось от второго за этот вечер прикосновения мужских рук к обнаженной коже.

Я никогда так не радовалась своему дивану, как сейчас. Падая на него, я совершенно не заботилась о покрывавших поверхность отвратительных сопливых салфетках Эбби. Его потертая обивка — самая гостеприимная кровать в моей жизни.

Олли опускается возле меня на колени. Мне заметно лучше удается сфокусироваться, так как я вижу его нахмуренную бровь.

— С тобой все будет хорошо? После того, что произошло?

— Я просто хочу спать. — И не думать об этом. Никогда.

— Тебе все еще нехорошо?

— Нет. — Я снова закрываю рот.

— Ну да, как же. — Олли отходит, и я стараюсь не закрывать глаза. Передо мной материализуется тазик, и Олли кладет прохладную руку мне на лоб.

— Не хочу, чтобы ты захлебнулась в собственной рвоте.

— Чудно.

Он поднимается и садится в кресло напротив.

— Хочешь, чтобы я позвал Эбби?

— Нет. Не буди ее. И извини, — бормочу я.

— Все в порядке. Если бы я не помог добраться до дома тебе, то помог бы Джареду.

Я поворачиваю к нему голову.

— И почему ты не пьян? Я была уверена, что ты выпил больше.

Он улыбается, наверное, из-за моей невнятной речи.

— У меня богатый опыт. В последний раз я был по-настоящему пьян на Фул Мун Пати в Таиланде. По сравнению с этим, вечеринка в мед сообществе — жалкое чаепитие.

Я издаю согласное мычание, но не понимаю, о чем он говорит.

— Тогда прости за девушку.

— Я уже сказал, что все нормально. — Он медлит. — К тому же у меня уже есть девушка.

— Серьезно?

— Да.

— Нужно сказать Эвану, — мямлю я.

— Нужно сказать Эвану что?

— Что у тебя есть девушка, и что его тебе не нужна.

Олли не отвечает. Я хочу расспросить его о подружке, но мой мозг предпочитает, чтобы я спала. Минуты молчания, последовавшей за моим ответом, вполне достаточно, чтобы провалиться в небытие.

***

ЭВАН

Люси провела в доме Фэй пару часов, затем вышла и попыталась поговорить со мной. Но я прервал ее. Отстранение — сегодня лучший способ справиться с ситуацией. Я не могу смириться с тем, куда привез Люси. Бывало, я и раньше ждал ее снаружи; в прошлом, когда она ездила на приемы в больницу, так что я могу убедить себя, что сейчас делаю то же самое. В Ланкастер мы вернулись молча. Люси поблагодарила меня. Я сказал ей больше не просить меня об этом. Затем я уехал. В бар.