Читаем Обреченные на страх полностью

– Мы сами-то из Татарстана, – в унисон моим мыслям сказала Оксана. – Вы правильно говорили, не отсюда.

– Почему у меня в голове все время крутится «Кира, Кира»? Имя какое-то, что ли? Не пойму… – медленно проговорила ведунья.

– Все правильно! – воскликнула вконец потрясенная способностями экстрасенса женщина. – Это наша деревня так называется! Не «Кира», а «Кири»!

Если бы я стояла, то, наверное, грохнулась бы на пол. В голове щелкнуло: пазл сложился.

Кири – это деревня, откуда родом Илья!

То ли у экстрасенса в самом деле были удивительные способности, то ли редакторы поработали, значения не имело. Важен был сам факт.

Неудивительно, что я не могла найти связи между пострадавшими женщинами! Разве можно отыскать то, чего нет? Но теперь ясно, что дело не в них, а в их мужьях: этих мужчин, очевидно, что-то связывало. И это «что-то», видимо, находится в деревне Кири.

– Там, в деревне, с вашим братом случилось… плохое, – говорила между тем ясновидящая, подтверждая мои мысли. – Не вижу, что именно, но точно женщина замешана. Ее обманули. Боль причинили. Сильную боль! Может, даже эта женщина умела колдовать. Она могла проклясть тех, кто ее предал, желала отомстить…

Экстрасенс продолжала говорить еще что-то в том же духе, но это звучало совсем уж фантастически, и я перестала вслушиваться. Да и занимали меня не мнимые происки обманутой деревенской ведьмы, а вполне реальные вещи.

Конечно, пока обобщать рано. Нужно узнать, не из Кирей ли Рогов и застрелившийся заводчик стаффов. Если нет, то это просто совпадение.

Я принялась за поиски, но информации об этом в Интернете не было. Значит, снова придется обратиться к Рустаму. Мысли крутились в голове бешеной каруселью, я не могла заставить себя успокоиться и перестать думать о том, что узнала. Видела на часах и два часа ночи, и три, и четыре… Видимо, забылась сном лишь ближе к рассвету, и когда прозвенел будильник, спала так крепко, что едва сумела проснуться и вытащить себя из кровати.

Занимаясь рабочими делами, впервые поймала себя на мысли, что делаю многое, почти не вдумываясь, на автомате. Это было совсем не похоже на мою обычную увлеченность, погруженность в любимую работу, но я ничего не могла с собой поделать: меня сейчас занимало совсем другое.

Улучив подходящий момент, я снова потревожила Рустама. Решила не говорить ему всего, что узнала: утаила то, что обнаружила еще одну странную смерть. Просто попросила узнать место рождения Рогова и Гаранина – такова была фамилия мужа Зинаиды Галкиной. Она почему-то оставила девичью.

– Вроде бы в новостях мелькнуло, что Рогов родился в деревне Кири. А это родина моего зятя, Ильи, – пояснила я. – Может, они и в самом деле земляки?

– Может быть, – прохладно ответил Рустам. Он уверял, что я его ничуть «не напрягаю», но чувствовалось, что моя озабоченность судьбой женщин-самоубийц начинала его нервировать. – А если и так, что тогда?

Я могла предположить, о чем он думает. Если я упорно не желаю перестать анализировать случившееся, стараюсь отыскать причины и найти взаимосвязь, то как следует поступить ему? Передать мне информацию, которую удастся получить, а самому остаться в стороне? Разумеется, Рустаму совершенно не хочется заниматься этим, к тому же он больше не на службе. Но и игнорировать, устраняться вроде как неудобно. В общем, и влезать в это дело не с руки, и промолчать совесть не велит. Хорошо еще, что я не сказала ему про четвертый похожий случай!

– Сама толком не знаю, – как можно спокойнее ответила я, сделав вид, что не заметила его настороженного тона. – Хочу с Ильей еще раз поговорить. Может быть, он знает тех двоих. Я должна спросить Илью, не скрывает ли он что-то от меня. Просто спрошу – и пусть он ответит. – Я вздохнула и сделала голос жалобнее. – Мне нужно поставить точку в этом деле, понимаешь? Чтобы постараться забыть и жить дальше.

Господи, вот так банальность! Но это именно то, что требовалось Рустаму. Даже если он мне и не поверил, эти слова снимали с него ответственность. Он немедленно закудахтал про то, что отлично меня понимает, а в конце прибавил:

– А я уж, грешным делом, решил, что ты себя детективом вообразила. По телевизору такие вещи круто выглядят: отважная красотка ведет расследование! Но ты же понимаешь, на деле – одна бюрократия.

– За красотку – спасибо, конечно. Так ты поможешь?

Рустам обещал «отзвониться» – дурацкое, неграмотное словечко, которое прочно вошло в обиход. Я заметила, что сейчас почему-то стала очень популярна приставка «от», подчас заменяя собой другие приставки. Употребляется она сплошь и рядом, чаще всего не к месту, на радио, по телевизору и в обычной речи. Спортсмены «отыгрывают» матчи, фильмы «отсматривают», музыку «отслушивают», а в конкурсе, сообщают нам, «отучаствовало» столько-то человек. Глупость какая-то – зачем уродовать язык?..

Но к делу это не относится. Пусть Рустам хоть «отзванивает», хоть перезванивает, лишь бы выполнил мою просьбу.