Читаем Обратный отсчёт полностью

Лохматая девица с татуированными веками задирала и задирала юбку прямо перед бампером машины… а Дима… Димочка… её дорогой мальчик только говорил ровным голосом, мол, вы нарушаете общественный порядок элитного района…

А Урваши сжимала руль потными ладонями… и БОЯЛАСЬ выйти.

И эти ужасные «тунгусы»… и с ними — какие-то размалёванные, вымазанные белилами кошмарные лица, — они размахивают обрезами… а один их них поднимает трубу самодельного огнемёта.

— … общественный порядок, — говорит Дмитрий за секунду до того, как превращается в шагающий факел.

— Вам нужна помощь? — спрашивает её Дима.

Он такой красивый в этой форме. И пёстрая нашивка, и подсвеченный номер МАШ-M: 1267-СТРАЖ/72 так тревожно и завораживающе переливается ярко-красным и жёлтым… ярко-красным и жёлтым

— Мальчик… мальчик мой! — бессвязно и беспомощно бормочет она, — Малыш, это же я… Димочка, это же я…

— Вам нужна помощь? — терпеливо, почти нежно, повторяет Дима и Урваши помнит каждую секунду его жизни… как он сучил ножками; как орал, когда болел животик… как пахли его розовые пятки… как приятно было чмокать его прямо в тугое сытое пузико…

— Женщина, я вынужден призвать вас к порядку, — строго говорит Дима и твёрдыми, как железо, руками держит её за плечи… не давая себя обнять… и она только бьётся в стальных объятиях… вырывается… беспомощно, как мягкий глупый ребёнок…

Со стороны это наверняка выглядит смешно…

Он отпустил её.

Но она уже поняла, что встреченный ею страж не был Димой. Он что-то сказал напоследок… ловким движением выхватил мобильник. С возникшего в воздухе экрана усатое лицо пожилого дежурного участливо спросило её: «Вам нужна помощь, госпожа? Вы находитесь за пределами зоны элитного проживания. Это опасно. Наш сотрудник отвезёт вас домой!»

Урваши только мотнула головой: «Нет-нет….» — но страж уже вёл её к машине.

Не он! Это снова был не он!

Она сидела на скамейке в своём строго охраняемом районе элитного проживания и смотрела, как в мягком, почти вечернем свете фонарей Дима стоял у городского фонтана… и медленно проехал мимо неё в машине, внимательно оглядываясь вокруг… и он же, проходя совсем рядом, сделал какое-то строгое замечание шумной стайке молоденьких «элитарок».

Когда он отвернулся, тощая девица со светящимися волосами, звякая музон-браслетами на костлявом запястье, сделала непристойный жест в сторону удаляющейся крепко сбитой фигуры.

Над головой густым приглушённым басом пророкотал автобус. Вальяжно качнувшись, он тяжело опустился куда-то за деревья. Урваши бессмысленно проводила его взглядом.

Внезапно ей стало понятно, где находится настоящий Дима.

В ангаре было бы совсем темно, если бы не огромная светящаяся труба прозрачного контейнера. Урваши спрятала в карман джинсов пластиковый цилиндрик с вмонтированным в него чипом доступа/взлома и неприязненно посмотрела на камеры слежения, переставшие наконец-то поворачиваться в её сторону, ловя каждое движение.

— Всё-таки Толик был прав, это довольно-таки просто! — пробормотала она, медленно семеня к контейнеру.

Голова просто разламывалась… воздух вокруг был вязким и приторным до тошноты. Огромные смутные тени угловато вырисовывались по сторонам. Урваши вспомнила, как её муж называл это огромное помещение «моргом» и неодобрительно поморщилась.

— Ты всегда был циничным, Анатолий, — одышливо прошептала она.

Где-то слева стояло несколько аккуратных девушек, пугающе неподвижных в полумраке. Мягко светились номера…

Урваши подумала, что назойливо повторяющаяся начальная аббревиатура МАШ-Ж на их кокетливых комбинезонах напоминает лагеря для беженцев.

Внезапно красотки одинаково повернули к ней белокурые головы. «Анимэ, вылитые анимэ!»

— Госпожа? — спросила ближайшая.

— Я ищу Дмитрия, — пробормотала Урваши, борясь с тошнотой. — Всё в порядке, девочки… ничего страшного…

Но ей было страшно. И она думала, что девушки знали об этом.

Она увидела Димочку лежащим навзничь совсем рядом с контейнером. Урваши задохнулась и упала на колени. Острая боль заставила её застонать, но она ползла, ползла, ползла вперёд, слыша топот быстрых ног.

— Мне ничего не надо, ничего… спасибо, мне ничего не надо… — бессвязно шептала она подбежавшим девчонкам. — Я тут… я рядом с сыном посижу… я недолго!

— Пожалуйста! — выкрикнула она.

— Вот же он, разве вы не видите, дуры вы безмозглые?! — выплюнула она в лицо этим дерзким потаскушкам.

— Не трогайте меня! — визжала она, видя, как те встревожено бормочут что-то в свои мобильники. Яркие пятна экранов кружились перед глазами и с каждого из них смотрели разные — жёлтые, чёрные, белые, смуглые бормочущие что-то взволнованные лица.

— Да пустите же меня, чёртовы сучки!!!

А Дима лежал совсем рядом и смотрел в темноту пустыми глазницами.

А другой мальчик… и тоже её Дима… ведь это же он… Димочка!!! — только слабо шевельнул губами. Пальцы его сломанной руки непрестанно шевелились, будто набирая сложный код доступа на невидимой клавиатуре… и глаза его были засыпаны цементной пылью…

А миниатюрная дисковая пила в её руке уже дрожала от нетерпения, накручивая сумасшедшие обороты.