Читаем Обратный отсчёт полностью

Палатка палаткой, а надо было заняться собой — чернее чёрного! Зная, что если Ромка-джи чем-то увлечён, то оторвать его от предмета разглядывания может, разве, сам Господь-Аллах, Егор принялся чистить оружие, оттирать лицо и руки… словом, «на танцы прихорашиваться», как сказала бы Маринка. Хороши, однако, танцы… полночи прокуролесили, а до этого и вовсе сплошь гоу-гоу… под страхом смерти… да и сейчас не пойми-возьми чего.

Неужели комбинат-мастер так легко их выпустил? Нет, ясно, что в туннеле комбинатовским крепко досталось — отбило охоту на рожон лезть, но здесь-то… как на ладони! Ох, не к добру всё это, охраните нас святые угодники, не к добру!

Палатка зарябила и стала невидимой — Ромка-джи издал восхищённый вопль. Интересная, конечно, штука, врать не станем. Вообще, нанотех — наука та ещё! Взять, к примеру, комбинезон — каким-то божественным промыслом за ночь то ли впитал в себя, то ли стряхнул почти всю мерзость, обшарпавшую ткань. К послезавтрему и вовсе как новенький будет. На брючине, например, где бритвой полоснули, разрез уже практически зарубцевался… тоже быстро дело идёт. На солнце, как всегда, процесс активнее происходит… ну, это, понятно, с «песчанкой» всегда так. На то комбинезон и придуман.

Нет, зря нас Савва, «дикарятами» зовёт. Уж что-что, а в нанотехе мы разбираемся! Ромка-джи уже нырнул в палатку, — его восторженная болтовня моментально стихла… значит, звукоизоляция уже работает.

Егор активировал нарукавное зеркальце и критически осмотрел себя. Морда только опухла слегка, — видать, зараза комбинатовская ещё действует, — а так — хоть куда! Красавец, одно слово, хоть сейчас в храм — энигму распевать. Зеркало, однако, барахлит немного… полосами иногда подёргивается. Но это уже грех врождённый. До Егора дед Николай ещё жаловался, мол, на правом рукаве в зеркало хоть не смотрись — вся морда в пятнах и полосах… чисто верблюд. Эх, дедушка, дедушка… поглядел бы ты сейчас на дела наши нынешние…

Над ухом тихо прожужжал «комар». Что это он так близко от палатки делает? Их и так осталось меньше малого… а тут ещё один отлынивает. Хоп! Второй пролетел… видать Савва чего-то колдует…

Из ничего высунулась сияющая физиономия Ромки-джи и скосила глаза, пытаясь увидеть себя сбоку.

— Егор, сними меня на калаш, а?

— Там у камеры заряду секунд на десять…

— Да сними, сними! Не поверят же!

— А чего тут верить… подумаешь, задницы нет…

Они ещё немного посмеялись, а потом Егор всё-таки снял Ромку-джи на камеру калаша. Зрелище и впрямь было забавное — висит посреди песков и руин весёлая голова и зубы скалит, язык показывает. Городской ребятне будет что показать. Жаль, только, мало всего. Ну, там кое-что Егор втихомолочку снял, конечно. Даже комбинат-мастер крупно есть. Но буквально по кадрику, по два. И карачи — крупно… каждое малое щупальце на «морде» видно. Не по-людски, конечно, — скудно, — но будем надеяться, что Зия с Саввой своими файлами поделятся. У них, наверняка, много чего отснято… не всё же подряд стёр им проклятый карачи!

Надо сказать, странная штуковина, конечно. Опять же… только и остаётся жалеть — нет с нами деда! Сидит он сейчас на сияющем престоле, — с Господом-Аллахом радостно беседует… не до нас ему теперь. Уж дед-то объяснил бы, наверняка, что почём! О карачи он всё-всё знал, до самых тайных тонкостей. Считал, кстати, что спутники и карачи между собой в Демонскую Сеть связаны. Ромка-джи как-то спросил деда, есть ли, мол, карачи в космосе? Дед поразмышлял и сказал: «В космосе вряд ли, а вот на Луне и на Марсе — точно есть!» — и Егор потом ещё долго гордился, какой у него дед разумом сильный.

«Автоматическая долговременная огневая точка (дот) — поганая штуковина. Сидит себе в земле, тянет вниз корни автономной установки, боезапасы нанотехом себе выращивает, сторожит. Сто лет сидит — сто лет патроны и снаряды копит; оружие в порядке держит, склады расширяет. Чем старее, значит, тем и опаснее. Уничтожение — только тяжёлым оружием!

И пишите — есть два вида дотов! Обычные, сторожевые — те сами себя от песка очищают, сектор обстрела постоянно поддерживают в уставном порядке… и показывают себя открыто, не таясь, — мол, не суйся!..

… и „хитрые“. Вот, уж, всей погани — погань. Наружу только рецепторы едва-едва видны… и те под песок маскируются. Но как только цель показалась… считай, в пыль размолотит! Точность на первых порах невелика — пока он там высунется, осмотрится по-настоящему, — но с каждой минутой она всё лучше и лучше! Так что, засранцы, — Господь-Аллах, упаси — напоретесь — давайте дёру, как можно дальше… если времени хватит, конечно, за охраняемые им границы успеть смыться!

Возблагодарим Господа-Аллаха, мало их! Дорогая была штука… да и ненужная, в общем-то. Против глубинных фугасов — и вовсе никчёмная. Как „шайтан-червей“ в серию запустили, так и доты потеряли своё значение. Те, понимаешь, могли подземную защиту взламывать. Ну, правда, к тому времени и война к концу подошла…»

(Из уроков муллы-батюшки)

Аминь всем ушедшим. Не нам их судить — ни врагов, ни правоверных.

Аминь!