Читаем Оборванный след полностью

До отеля оставалась всего какая-нибудь четверть мили, но приходилось снова и снова поворачивать, поднимаясь по крутому берегу реки, пока не добрались до гостиничной дороги. На спуске с Южной авеню Укия заметил, что в их номерах горит свет, а стекла разбиты. Сэм затормозила на дальнем конце стоянки; она наклонилась через руль, чтобы снять белый пакетик, зацепившийся во время езды. Очевидно, молодая женщина не слышала выстрелов. С другого края стоянки бежали темные фигуры, самая высокая из них принадлежала Крэйнаку. Он держал в руке свой 357-й и преследовал двух или трех человек. Один из беглецов поднял руку; блеснула вспышка, но тишину не нарушил ни единый звук.

— Вон они! — прошептал Укия. — Двое стрелков с глушителями и Крэйнак.

— Черт подери, Крэйнак давно уже...

Неожиданно из тени показался фургон, и двое беглецов на ходу заскочили в него.

— Фургон! — закричал Укия. Машина тем временем набирала скорость, устремляясь в сторону Сэм. — Они хотят достать Сэм!

— Вот дьявол! — прорычал Макс и круто повернул руль. Их хорошенько тряхнуло на кочке, но «блейзер» выправился и помчался наперерез фургону. — Держись!

Оказавшись в свете фар фургона, Сэм повернула голову. Большая машина слегка вильнула, направляясь так, чтобы намертво сбить маленькую фигурку у мотоцикла. Макс ударил кулаком по клаксону, и он дико взревел. Сэм рванулась в сторону, отпихивая «харлей».

«Блейзер» столкнулся с фургоном всего в нескольких футах от Сэм, при этом джип врезался в переднюю фару. Водитель фургона резко крутанул баранку, и прочно сцепившиеся машины покатили в сторону; во все стороны разлетались куски металла и стекла. Фургон отбросил «блейзер» прочь, и тот отлетел прямиком к мотоциклу и через секунду превратил его в мятую лепешку. Сама Сэм растянулась на асфальте, но уже через мгновение вскочила на ноги, сжимая в руке пистолет.

— Как она? — прокричал Макс, пытаясь сдержать трясущуюся и брыкающуюся машину.

— Встала! — сказал Укия. — Да, вид у нее не очень.

— Ха! Вот это по-нашему. Молодец, девчонка!

Освободившийся от обузы фургон свернул влево и понесся через низкий кустарник, вылетел на асфальт и с ревом помчался в другой конец стоянки, где все еще находился Крэйнак. Укия напряг зрение и увидел большого полисмена: тот, хромая, тащился по середине дорожки. Белая рубашка покраснела от крови.

— Крэйнак! — Укия распахнул дверь и выпрыгнул наружу, не обращая внимания на вопль Макса. — Крэйнак, беги!

Крэйнак, напротив, замедлил шаг, прижимая левую руку к раненому боку.

Укия побежал. Краем глаза он видел, как петляющий фургон неумолимо приближается к Крэйнаку. Он просто не успеет. За спиной громыхнул девятимиллиметровый пистолет Сэм, оставляя на переднем стекле фургона звездную россыпь. Ночь наполнил визг сирен, но никто уже не успеет.

Фургон с рычанием несся прямо на них. Юноша прыгнул к Крэйнаку, схватил его, а сам повернулся к машине плечом.

Фургон врезался в него с такой силой, что падение со скалы показалось прыжком на батуте. Решетка первой врезалась в мягкую человеческую плоть, но Укия перекатился на капот, сжимая в объятиях Крэйнака, ударился о лобовое стекло и рухнул на землю, предварительно зацепившись за боковое зеркало. Мир вокруг потемнел.

Пятница. 27 августа 2004 года

Стоянка отеля «Красный лев». Пендлтон, Орегон

Он пришел в себя и снова попытался бежать.

Макс прижимал его к стене, заглядывая в лицо.

— Давай, давай, парень! Вернись ко мне! Ты должен проснуться!

Укия сморгнул и с удивлением обнаружил, что глаза у него не закрывались, даже когда он был в обмороке.

— Макс?

Тот ухмыльнулся.

— А, вот и ты! Хороший мальчик.

Укия покрутил головой, чтобы понять, где находится. Спиной он прислонялся к ограде бассейна под открытым небом; дальше по дороге находилась стоянка, где в настоящий момент суетились врачи.

— Крэйнак? Сэм?

— Сэм в порядке. Пока не знаю, что с Крэйнаком. Ты несся сломя голову, и я решил сначала пригвоздить тебя.

— Ага. — Макс, как всегда, рассудил верно.

— Как ты себя чувствуешь?

— Нормально. Спасибо. А ты как?

— Укия, — сурово проговорил Макс, наклоняясь ближе и глядя парню прямо в глаза. — Как? Ты? Себя? Чувствуешь?

— Ох... Как чувствую? — Укия прислушался к ощущениям в теле. — Ударился я действительно неслабо. К тому же я ведь собирался прилечь до того, как рухнул.

— Ты вообще выживешь?

— Угу, — ответил Укия. — Наверное. Придерживая друга за плечи, Макс отвел его ко второй машине.

— Если вдруг решишь отрубиться, непременно скажи мне. Хорошо?

— Да, Макс.

— Ты доверяешь ей?

Старший детектив распахнул заднюю дверцу и помог Укии забраться внутрь.

— Кому? — Он с облегчением улегся на сиденье.

— Киллингтон. Сэм.

Макс открыл багажник, вытащил одеяло и набросил на юношу.

— Не знаю. А ты?

Макс что-то перекладывал в багажнике.

— Ох, малыш, я положил на нее глаз. Поэтому не могу оценить ее объективно. Вижу то, что хочу видеть, а рисковать я не могу. По крайней мере твоей жизнью.

Укия попытался передернуть плечами, но поморщился от боли и перестал шевелиться.