Рой пожал плечами. Он вынул сигарету, откашлялся и сплюнул на землю. Конечно, если ты роешься в пепле, пытаясь понять, где останки людей, а где что-то еще.

Парень почувствовал нерешительность старого помощника и быстро взглянул на него. Рой замолчал, уставившись на тлеющий кончик своей сигареты.

Мило Фернандез посмотрел на юг, словно пытаясь увидеть сгоревшую деревню в пяти милях от леса.

– Ты не знаешь, что там произошло, Рой? В Дрэго? До пожара?

– Откуда же? Своего рода культ. Типичный для Лос-Анджелеса. Люди, жившие там, никогда не уходили далеко из своей деревни.

– Существовали предания.

– Да, я слышал их. Что-то непонятное.

– Это были не люди. А в лесу ночью слышался вой.

– Ну и что? Ночью в лесу бывает много забавных звуков.

– Люди слышали его и после пожара. После того, как в Дрэго все сгорело.

– Послушай, приятель, мы иногда сами пугаем друг друга, рассказывая у костра страшные истории. А сейчас мне не до этого.

– Хорошо, Рой. Я просто любопытен.

Впереди затрещало. Оба помощники прислушались. Они посмотрели друг на друга, затем в сторону шума.

– Кто там,— позвал Рой Невинс. Молчание.

Еще один хруст веток.

– Креддок...? Вейн...?

Тишина. Шум движения. В двадцати шагах от них впереди что-то приподнялось. На них смотрело лицо. Бледное лицо, испачканное грязью. Черные спутанные волосы. Дикие глаза.

– Эй!

Лицо исчезло. На мокрой земле остались следы ног.

– Чертовщина,— Рой растоптал сигарету. Мило уже его опередил, преследуя исчезающее существо, которое пробиралось сквозь деревья.

Беглец оставлял следы, прорываясь через кустарник. Два полицейских следовали за ним. Рой Невинс чертыхался, когда к нему цеплялись колючки и на ботинки налипала грязь.

– Стой! — кричал Мило Фернандез.— Приказ шерифа!

Рой запыхался, дыхание с шумом вырывалось из открытого рта. Он держался за кожаный ремень, на котором висела кобура его полицейского револьвера тридцать восьмого калибра. Он придерживался правила: никогда ничего не делай наспех. Черт с ним. Стрельба может привести к беде. Ты должен отвечать за каждый выстрел. Во всяком случае, стрелять было не в кого. Ему удалось только увидеть мельком спину Мило, атаковавшего беглеца.

Впереди послышался глухой стук падающих на землю тел. Рой рванулся через заросли и едва не упал на Мило. Парень применил к беглецу прием, и тот лежал, распластавшись на сырых сосновых иголках.

– Я поймал его, Рой.

– Вижу. Надеюсь, ты не слишком сильно стукнул его, чтобы можно было поглядеть, кого мы поймали.

Мило осторожно ослабил захват. Существо не двигалось, и он схватил его за плечо и перевернул.

– Ребенок,— растерянно проговорил Рой. Лицо, смотревшее на них, было бледным и испуганным. Странно, но дышал он не тяжело.

– Почему ты побежал? — спросил Невинс. Большие испуганные глаза смотрели на полицейских. Мальчик не отвечал.

– Встань.

Мальчик поднялся согнувшись.

– И не пытайся больше бежать. Мы отвезем тебя в город.

Невинс взял мальчика за руку. Под гладкой кожей были крепкие мышцы. Мило, не отрываясь, смотрел на лицо мальчика.

– Пошли,— сказал Невинс.— Я хочу вернуться с ним к машине до темноты. В чем дело?

Мило Фернандез не знал, что ответить.

– Взгляни. Что-то не так с его зубами.

ГЛАВА 2

Палата на втором этаже в больнице округа Ла Рейн была чистой и светлой. За окном пела ночная птица. Мальчик приподнялся на кровати. Его темно-зеленые глаза в поисках выхода обежали всю комнату.

Рядом с кроватью стояла и улыбалась Холли Лэнг. Она была высокой и стройной, с короткими темными волосами и карими глазами. Ее улыбка была доброй, и люди обычно улыбались ей в ответ. Но выражение лица мальчика не изменилось.

– Сейчас ты выглядишь немного лучше,— произнесла она.

Мальчик взглянул на нее и отвел глаза в сторону.

– Как ты себя чувствуешь? Он не ответил.

– Я думаю, ты немного испугался,— продолжала Холли мягко и доброжелательно.— Такое случается. Больница может напугать. Меня зовут Холли. А как зовут тебя? Если не хочешь, можешь не говорить. Нам некуда спешить.

Пальцы мальчика нервно теребили край простыни.

– Я доктор.

На мгновение его зеленые глаза встретились с ее.

– Не такой, который делает уколы,— быстро добавила она.— Я больше разговариваю. А также слушаю, если ты захочешь поговорить со мной.

Мальчик отвернулся и уставился в окно на темные деревья. Холли не могла понять выражение его лица,

Холли ждала, наблюдая за ним. Но ничего не менялось.

– Что-то с тобой произошло,— сказала она больше самой себе, чем мальчику.— О чем ты сейчас думаешь?

Больница округа Ла Рейн больше походила на дорогой горный курорт, чем на лечебное заведение. Она была расположена в живописном уголке леса на склоне горы над городом Пиньон. За ней виднелись Техасские горы. Удобства, великолепное оборудование, вежливость налогоплательщиков Калифорнии. Чего нельзя было сказать о персонале.

Выпускники медицинской школы, представители низших кланов, находили здесь свой дом. Врачи с сомнительным прошлым, медсестры с сомнительной репутацией — таков был ее персонал.