Читаем Оборот времен полностью

Юрий заказал им еще по одному пирожному и два бокала французского вина. Разговор перешел в более спокойное русло.

Но Альберт ждал на самом деле иного: когда он, наконец, расскажет свою супер-идею. И Юрий начал о ней говорить. Ему пришла на ум идея использовать для учета смены времен книгу И цзин, которая позволяла бы программе автоматически переходить безболезненно на другие принципы. И он стал искать комментарии к ней, чтобы правильно использовать ее. Книга И цзин стала камнем преткновения. Особенно ее верное понимание.

– Представляешь, чем больше источников мы обрабатываем, тем более очевидно, что на каждый принцип есть свой противоположный. Даже в рекомендациях на одну и ту же ситуацию в одно и то же время заложена противоречивость. То есть если выложить все эти принципы по шкале, то получится тот же круг И цзина. Это единственная возможность описать все правила. Только так можно описать и вместить в небольшом объеме всю накопленную человечеством мудрость.

Альберт вспомнил, что он тоже в свое время приходил к подобным вопросам.

– И как вы собираетесь решать эту проблему? Я в И цзин ничего подобного не нашел.

– Любое глубокое изучение темы закольцовывается. То есть кольцо – это полное понимание вопроса. Наука содержит только разработанные правила сохранения непротиворечивости выводов. Это ее принцип, взятый на веру. Она позволяет все время находиться на одной стороне противоречия. Быть односторонним. А реальная жизнь противоречива.

– А как же иначе? – удивился Альберт. – Так и будешь по кольцу ходить. В компьютерных программах это называется зависанием. Полным остановом. Нужно что-то выбирать. И наука правильно выбрала одну сторону.

– Иногда на процесс нужно посмотреть сверху. Как иногда полезно посмотреть на себя со стороны.

Альберт немного успокоился и стал отрешенно слушать Юрия. Вино на вкус было приятным.

– Поэтому интерес к принципам, на которых основана И цзин, представляет повышенный интерес. Заметно по количеству запросов в библиотеки по данной тематике. Мы провели исследование, и оказалось, что эта тема от простого любопытства сдвинулась в область интересов военных структур. Особенно далеко ушли японцы и американцы. Но мы тоже сейчас на подъеме. Оказывается, еще в тридцатых годах перед войной у нас появились первые работы на эту тему. Ю. Шуцкий, например. Но не было компьютеров, которые могли обсчитать огромные массивы данных. А сейчас техника позволяет.

– Здесь я согласен с тобой. По книжным интересам можно увидеть, куда направляются общественные потребности, – ответил Альберт.

– Поэтому важна полная коллекция принципов. Чтобы не нарушалась полнота круга перемен. На основе полной модели можно прогнозировать развитие любых процессов и событий, поведение социальных групп людей.

Юрий узнал в поездке в Китай, что существует версия, – он сказал именно версия, а не легенда – что самый лучший комментарий к И цзин в древности написал некий отшельник Линг во времена империи Хань. Где-то около сотого года нашей эры. Но от него не осталось записей, кроме нескольких трудно понимаемых фрагментов.

– Ерунда. Всегда придумывают такие легенды, чтобы люди что-то искали постоянно. Того, чего нет. Главное, были заняты и не приставали к правителям, – парировал Альберт.

– Для чего я тебе все это рассказал? Мне нужна твоя помощь. Посмотри все, что есть на эту тему. Особенно китайские легенды. Может быть, найдешь какие-то концы.

– Ладно, – нехотя согласился Альберт. – А почему ты в институте никого не загрузишь этой задачей?

Юрий виновато улыбнулся.

– Ну, ты же знаешь, после того случая, когда директор сказал, что нам такая методика прогнозирования не нужна, никто не захочет со мной связываться. Поэтому, пока я не получу результат, никому в институте не скажу. Так что на тебя вся надежда.

– А есть ли еще дополнительная информация для поиска? – спросил Альберт.

– От этого китайского отшельника Линга сохранилось лишь несколько высказываний. Они из его комментария. Я тебе сброшу их по электронке.

В конце встречи Юрий спросил:

– Как пари? Не сдаешься? А за полцены?

Альберт ответил: «Не время». И они по дружески расстались.

История Дока. Третья лекция Дока

Док уже реже выступал на мероприятиях, где собирались радикалы. Все больше в своих аудиториях он замечал людей из среды интеллигенции. Вот и сейчас в зале большинство состояло из прилично одетых мужчин и женщин. Появилась даже пара гламурных персон. Теперь в оплаченной клубом зале отеля все было на месте. Программа мероприятия, напечатанный текст «Пути перемен» и И цзин, список участников, даже зарубежных. Белые скатерти, напитки и кофе, девушки, готовые дать любую справку. Док, одетый в строгий костюм, с хорошо уложенными длинными волосами, в президиуме. И тема – об истинной идее в эпоху перемен. Как всегда небольшая справка о том, как он написал книгу «Пути перемен». Затем свободное общение с залом. Виктор в роли пресс-секретаря сидит рядом и предоставляет слово тем, кто подает знак.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Авиатор
Авиатор

Евгений Водолазкин – прозаик, филолог. Автор бестселлера "Лавр" и изящного historical fiction "Соловьев и Ларионов". В России его называют "русским Умберто Эко", в Америке – после выхода "Лавра" на английском – "русским Маркесом". Ему же достаточно быть самим собой. Произведения Водолазкина переведены на многие иностранные языки.Герой нового романа "Авиатор" – человек в состоянии tabula rasa: очнувшись однажды на больничной койке, он понимает, что не знает про себя ровным счетом ничего – ни своего имени, ни кто он такой, ни где находится. В надежде восстановить историю своей жизни, он начинает записывать посетившие его воспоминания, отрывочные и хаотичные: Петербург начала ХХ века, дачное детство в Сиверской и Алуште, гимназия и первая любовь, революция 1917-го, влюбленность в авиацию, Соловки… Но откуда он так точно помнит детали быта, фразы, запахи, звуки того времени, если на календаре – 1999 год?..

Евгений Германович Водолазкин

Современная русская и зарубежная проза
Последний рассвет
Последний рассвет

На лестничной клетке московской многоэтажки двумя ножевыми ударами убита Евгения Панкрашина, жена богатого бизнесмена. Со слов ее близких, у потерпевшей при себе было дорогое ювелирное украшение – ожерелье-нагрудник. Однако его на месте преступления обнаружено не было. На первый взгляд все просто – убийство с целью ограбления. Но чем больше информации о личности убитой удается собрать оперативникам – Антону Сташису и Роману Дзюбе, – тем более загадочным и странным становится это дело. А тут еще смерть близкого им человека, продолжившая череду необъяснимых убийств…

Александра Маринина , Виль Фролович Андреев , Екатерина Константиновна Гликен , Бенедикт Роум , Алексей Шарыпов

Детективы / Приключения / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Прочие Детективы / Современная проза
Зулейха открывает глаза
Зулейха открывает глаза

Гузель Яхина родилась и выросла в Казани, окончила факультет иностранных языков, учится на сценарном факультете Московской школы кино. Публиковалась в журналах «Нева», «Сибирские огни», «Октябрь».Роман «Зулейха открывает глаза» начинается зимой 1930 года в глухой татарской деревне. Крестьянку Зулейху вместе с сотнями других переселенцев отправляют в вагоне-теплушке по извечному каторжному маршруту в Сибирь.Дремучие крестьяне и ленинградские интеллигенты, деклассированный элемент и уголовники, мусульмане и христиане, язычники и атеисты, русские, татары, немцы, чуваши – все встретятся на берегах Ангары, ежедневно отстаивая у тайги и безжалостного государства свое право на жизнь.Всем раскулаченным и переселенным посвящается.

Гузель Шамилевна Яхина

Современная русская и зарубежная проза
Вихри враждебные
Вихри враждебные

Мировая история пошла другим путем. Российская эскадра, вышедшая в конце 2012 года к берегам Сирии, оказалась в 1904 году неподалеку от Чемульпо, где в смертельную схватку с японской эскадрой вступили крейсер «Варяг» и канонерская лодка «Кореец». Моряки из XXI века вступили в схватку с противником на стороне своих предков. Это вмешательство и последующие за ним события послужили толчком не только к изменению хода Русско-японской войны, но и к изменению хода всей мировой истории. Япония была побеждена, а Британия унижена. Россия не присоединилась к англо-французскому союзу, а создала совместно с Германией Континентальный альянс. Не было ни позорного Портсмутского мира, ни Кровавого воскресенья. Эмигрант Владимир Ульянов и беглый ссыльнопоселенец Джугашвили вместе с новым царем Михаилом II строят новую Россию, еще не представляя – какая она будет. Но, как им кажется, в этом варианте истории не будет ни Первой мировой войны, ни Февральской, ни Октябрьской революций.

Далия Мейеровна Трускиновская , Александр Борисович Михайловский , Александр Петрович Харников , Ирина Николаевна Полянская

Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Попаданцы / Фэнтези