Читаем Обними полностью

«Пина», вот какой. Алкоголь в крови пообещал, что спать будет очень жарко. Жарко. Ей. В английском октябре, мать его! Амрита сбросила ноги с кровати, и в глазах потемнело. Это тоже «пина». Пора переходить на газировку и делать вид, что это шампанское. Рита осторожно наклонилась, подняла с пола старый вязаный свитер, надела. Если игнорировать мошек в глазах, то они сами рассеются. Наверное.

Зажав в ладони мобильник, она вдела голову в растянувшуюся за годы горловину, свитер волной прокатился вниз и тут же съехал с одного плеча. Время его не пощадило. Рита встала с кровати, покачнулась. Закрыла окно и щёлкнула кнопкой электрорадиатора. Пора устроить здесь нормальный климат.

Тишина в квартире намекала, что Хлоя еще не проснулась. Ей вчера почему-то пришлось особенно тяжело. Все остальные вполне сносно стояли на ногах перед тем, как разойтись, в то время как Хлоя подпирала стену клуба. Амрита тихо прошла по коридору, приоткрыла дверь и заглянула в соседнюю спальню: на полу валялось розовое облако (она таки разделась!), белокурые афрокудряшки рассыпались по подушке, и это единственное, что виднелось из-под горы не запакованного в пододеяльник одеяла.

Как-то вышло, что Хлоя привязалась к Рите больше всех. Возможно, потому что они жили вместе. Её не назовёшь слабой мямлей, которая могла бы тянуться к сильной подруге. Вообще-то Хлоя – гид, и вполне может справиться с автобусом неадекватных туристов, обвешанных шляпами, кулонами, магнитами, сумками и прочей дрянью с принтом Юнион Джека. Но при этом в Хлое есть чисто девчачья мягкость.

Рита в их дружбе всегда исполняла мужскую функцию.

Она прикрыла дверь и двинулась в сторону кухни. Босые стопы негромко зашлёпали по дубовому паркету. На пути попался еще один электрорадиатор, и Рита на автопилоте хлопнула по кнопке. То же самое проделала в кухне, швырнув молчаливый мобильник на стол, и включила чайник. Где-то в шкафу еще оставался имбирный чай. Новая банка до сих пор не приехала, но в старой наскребется на две чашки. Хотя Хлоя не станет его пить ни за что в жизни. Она один раз попробовала, лет семь назад, потом запивала холодной водой и махала ладонью возле высунутого языка так, будто съела минимум перец чили.

Утрировала, конечно же.

Рита хмыкнула, открыла над головой шкаф и, не глядя, достала квадратную жестянку с невыразительной наклейкой «имбирь». Рядом нащупала еще одну. Обычный зеленый чай для нежных созданий. Вытянула и её. Сняла две большие кружки с подставки, сбросила крышки с обеих жестянок…

Дверной звонок издал мягкое «ти-линь». Амрита замерла со щепоткой чая в пальцах.

Кто это?

Она развернулась на пятках и стрельнула взглядом в мобильник на столе (при этом в глазах снова замелькали мошки). Телефон молчал.

Полдень субботы. Кто это?

«Ти-линь» деликатно повторился.

Рита высыпала щепотку в чашку, потёрла ладони друг о друга, сбрасывая чайную пыль, и вышла из кухни. Хорошо бы это был доставщик новой банки имбирного чая. Они уже на три дня задерживают её из-за каких-то проблем с поставкой. Это не проблема Риты, но без чая страдает в первую очередь она.

Она размашисто подошла к двери, открыла замок и рванула на себя ручку.

Дверь распахнулась. Глаза Амриты – тоже…

Взгляд споткнулся о человека, топчущегося на пороге. Парень. Достаточно высокий, в линялых джинсах, распахнутой синей куртке-бомбере и сером свитере под ней, в берцах, зашнурованных до середины. Под одеждой угадывались широкие плечи. Руки он спрятал в карманы, из правой подмышки высовывалась чёрная папка. Рита застопорилась взглядом на папке. Но тут же заглянула в лицо.

Господи…

Чай? Серьёзно?

На Риту смотрели такие голубые глаза, каких она еще ни разу в жизни не видела. О гладко выбритые острые скулы можно точить ножи, чуть полноватые губы обводить пальцем, а потом им же съезжать по носу с аристократической горбинкой. Шапка-бини скрыла волосы, но скорее всего они такие же русые, как и прямые брови.

В тот же момент эти самые брови взлетели на лоб, а взгляд заскользил по Рите.

Чёрт, она же стоит в одном длинном свитере, растрёпанная и неумытая.

Пьянь!

– Доброе утро, – заговорил парень. Тихо и мягко. Будто провёл пером по руке.

Красавчик. Просто настоящая, ничем не прикрытая, не разбавленная красота. Сколько ему лет?

– Доброе, – настороженно проговорила Рита.

Или «Чаи Падмавати» сменили курьера, или это не «Чаи Падмавати». «Чаи» не смогли бы нанять такого курьера даже за тысячу в час.

Его взгляд ошарашенно увяз в районе голых бедер. Еще бы. Амрита подавила желание оттянуть свитер. Вместо этого скрестила руки на груди и выгнула брови. Да кто это вообще?

– Чем могу помочь?

Парень негромко откашлялся. Взгляд метнулся вверх. Наконец-то он вспомнил, где у людей находятся лица.

– Мне нужна Хлоя Лоренс. Мы общались насчёт работы.