Читаем Обмен душами (СИ) полностью

Эмма заползла на кровать, устроилась под одеялом, подперев голову рукой. Регина повернулась к ней и Эмма воспользовалась возможностью рисовать узоры на коже брюнетки, - Как ты так долго боролась с этим?

- Я напоминала себе, что ты биологическая мать Генри, и я должна ненавидеть тебя.

Эмма громко рассмеялась, придвигая Регину ближе, - Нет, я не это имела ввиду, - она показала на себя с мученическим выражением лица, - Когда ты попала в Сторибрук и поняла что выиграла. Почему ты не сожгла целый город и не начала всё заново в Бостоне?

Я не хотела опять бороться, - призналась спокойно Регина, её пальцы играли с золотистым локоном,- Мои желания исполнились. Город должен был быть идеальным для меня. Я говорила, что никогда бы не смогла убить твоих родителей в Зачарованном Лесу, и в ту секунду, когда мы попали сюда и я увидела как покорна твоя мать, совсем другая и непохожая на упрямую девчонку из Леса. Я могла бы. Но положа руку на сердце, что ж в этом весёлого? Сделать из неё Мэри Маргарет Бланшард оказалось более интересным, чем умоляющую Снежку. В конце концов я оказалась в клетке полной людей которых я не выносила и винить в этом могла только себя.

- А если бы они были все в себе и у тебя была всё ещё вся твоя сила, что ты сделала бы?

- Я бы сожгла их всех, - не моргнув глазом, ответила Регина.

- И я не смогла бы устроить головомойку моим родителям? - съязвила Эмма.

Вдруг брюнетка напряглась, Эмма удерживала её, пока она пыталась отстраниться, - Полагаю, я должна помогать тебе, а я только подливаю масла в огонь.

- Нет, - блондинка всё ещё удерживала её, - Это хорошо.

- Знать, про мои убийственные наклонности? – подняв бровь, спросила Регина.

Девушка покачала головой, - Что я не одинока в этом. Я была зла на своих родителей и раньше, и сейчас каждый раз, когда я их вижу, я просто…

Регина обняла блондинку, прочерчивая линию ногтями по подбородку Эммы, пока зелёные глаза вновь не открылись.

- Я боялась, что я могу им сделать что-то, ну знаешь, как бывает, когда говоришь что-то не то, - блондинка продолжила, - и хорошо когда есть кто-то, кто уже прошёл через подобное.

Регина осторожно двинулась вперёд и коснулась губами щеки Эммы, потом губ, и её лицо озарила улыбка, - Ты не одна, Эмма.

- Я знаю.

***

Эмма знала что есть люди на её стороне, даже которые не осведомлены о всех фактах, такие как её постоянно извиняющиеся родители. Но это не облегчало контроль над Тьмой, которая всё ещё циркулировала внутри неё. Это было почти смешно, что новая угроза исходила от любимого персонажа. Дела с Региной это одно, даже Голд с его хитрыми сделками был вдали от этого и Малефисент восставшая из пепла затаилась где-то, но, Эмма, повернувшаяся к Тьме, их Шериф, их принцесса. Если они думали, что сейчас у неё нрав, как у Шерифа который узнал о граффити на стене магазина за 10 минут до окончания смены, то они глубоко ошибались, это цветочки по сравнению с гневом, бушующим в ней сейчас.

Она его сдерживала. В большинстве случаев. Но раздражение жило в ней, периодически вызывая такой огромный гнев, что у неё начинало звенеть в ушах. Однажды, когда один из гномов прокомментировал что возможно Грег и Тамара были правы на счёт лишения всех злодеев магии, Эмма не смогла или не захотела сдерживаться. Она схватила его за шиворот и отбросила в братьев, сбивая их, как кегли в боулинге.

Это привело к тому, что в городе стало ещё больше разговоров, и она до сих пор не могла найти в себе сил, чтобы извиниться за это. Она всё также видела воспоминания Регины, вынесение приговоров, казни, сжигание деревень и всё что она могла это сидеть и смотреть на это. И это будучи человеком действия. В ней зарождалось совершенно иное чувство. Прекрасное.

Однажды ночью, когда она лежала в кровати Регины, и только луна и звёзды были свидетелями их ночного разговора, Эмма сказала об этом. Она поняла, почему Регина продолжала падать всё дальше и дальше вниз по этой скользкой дорожке, с магией и силой в руках. Жить, не думая о последствиях, когда каждое движение вызывает страх у окружающих, это восхитительно.

Это очень пугало и был только один способ для того чтобы вновь ощущать доброту, это вести ни к чему не обязывающие разговоры, пряча себя в особняке Миллсов с её сыном и её девушкой.

Её девушка - это название звучало странно, для них обеих. Чувство, которое появлялось у неё каждый раз, когда она стучала в дверь особняка и Регина, открывающая ей с мягкой улыбкой, было похоже на то будто оба Миллса держали свечку, прогоняя демонов от неё, оставляя только свет и тепло. Она не была Тёмной в этом доме, не была Спасителем, который должен делать только добро, даже находясь во сне. Она была Эммой, у неё уже давно не было такого, чтобы в ней видели, просто Эмму.