Читаем Обмануть смерть полностью

— Не похоже, что у нас появился великий полководец. Даже у Акбара с недавних пор наверняка пропало желание свергать монарха, — он слегка улыбнулся. — Но прошу извинить…

Мужчина сделал паузу, изображая душевные колебания. Но Кара не сомневалась в отсутствии смущения. Вел он себя достаточно свободно. С другой стороны, она сама начала этот разговор, и почему бы двум любителям истории не обменяться впечатлениями о прошлом? Намного спокойнее, чем трогать современных политиков.

— Хочешь спросить, почему говорю о Блоре фем Грае с малознакомым человеком в столь непочтительном тоне? О, это очень просто. Я не только состою при госпоже Зинави и, соответственно, в курсе последних новостей, но еще и моя тетка занимает должность Тени.

То есть, фактически того же первосвященника, перевел для себя лекарь, но для женщин в монастырях. От прежних времен осталось. Само понятие «лунный» ушло, соперника Солнце не терпит. Но на свете существуют не одни мужчины. Должность эта достаточно весомая, и хотяТень не соперник во власти, но влияние имеет немалое, и информация мимо нее не проходит.

— Так что, я в курсе того, кто ты такой, — она показала через плечо. — Талмата с его удивительной миссией нынче всерьез склоняют на все лады в определенных кругах.Ты автор «Древностей провинции Серкан», очень достойной книги, заодно демонстрирующей неплохое знание истории начала Второй империи. И еще ты возможный ключ к Яме.

— Вас не пугает такой собеседник?

— С чего это? — удивилась Кара. — Не думаю, что, дожив до твоих лет обычным человеком, неоднократно спасавшим чужие жизни, вдруг оскалишься и кинешься кого-то грызть.

— Совсем не так важно, что сам человек мнит о себе, много существенней — каким его видят находящиеся вокруг. Иногда это невольно подталкивает к действиям.

«Люди частенько не то, что нам кажется, — подумала она. —И не то, на что надеемся».

— Я сужу человека по делам, — отрезала вслух. — Но в любом случае меня снедает низменное любопытство. О, не стану задавать идиотские вопросы о Враче. Я не дознаватель и не высматривающий. Но что ты ищешь у саркофага Воина?

Произнесла намеренно подчеркнуто, ожидая ответа.

— Копирую письмена, — ответил он сразу, будто не заметив сказанного. Еще и правильно себя ведет. — Не тайна, что они выбиты на основании, однако позднее зачем-то повернули саркофаг. Скорее всего, при перестройке храма.

— Зачем? — удивилась Кара. — Их все равно никто не мог прочесть даже в древности.

— Ну, во-первых, просто любопытно, когда еще смогу посмотреть и правильно записать? Во-вторых, вряд ли выйдет толк, но зафиксировано, по крайней мере, три надписи этим шрифтом с переводом. Может быть, сопоставив с имеющимися, удастся расшифровать и эту.

— Одну минуту, — сказала Кара, морща лоб, — мне известна всего одна надпись. На его мече: «Лучше умереть львом, чем жить шакалом!». Кстати, любителям лазить под крышку не повезет. Воина там нет, вопреки барельефу на крышке. Пропал еще во времена гражданской войны до образования Второй империи. Так откуда еще две надписи?

— Это у Блора фем Грая был меч «Злюка», на котором до сих пор дают клятву императору. Не знаю достоверно, не используют ли при церемонии позднейшую копию.

— Такими вещами не шутят, — с ноткой угрозы, произнесла послушница. — Это величайшая реликвия империи.

Ну не сообщать же ему важнейшую государственную тайну, известную считанным людям. На самом деле, скорее всего, помимо нее об этом никто не знает. Самая натуральная копия, причем неизвестно когда изготовленная. На коронации Стива был еще оригинал, но второй император клялся на двойнике. Не имей это отношения к производству семейства Кнаутов, нипочем бы не всплылосегодня в разговоре. Случайно попал в точку? Хочет поразить осведомленностью или есть еще некая причина?

— Простите, — повинился он вновь без раскаяния в голосе.

— В принципе, подобного рода сомнения подпадают под какую-то статью в кодексе и караются со всей строгостью. И все же мне приходилось видеть вблизи и даже держать в руках меч. Без сомнения настоящий, из собачьей стали и соответствует описанию. Уж в оружии меня научили разбираться. Вот ножны — новодел. И рукоятку, возможно, позднее укрепляли. Так что, как помощник историка, могу подтвердить любителю старины подлинность. Никаких подделок. Но мы отклонились.

— У первого императора, — с легкой заминкой сказал лекарь, не желая называть единственное верное имя Воина, — имелась целая коллекция мечей. Но любимыми были три. И все удостоились надписи. Тот самый, о котором упомянули, якобы принесенный с собой изначально. В его руках он приобретал магическую, сокрушительную силу.

«В чужих, во всяком случае, точно нет, — подумала Кара.— Попытка украсть если и удалась, так меч все равно нигде не всплыл. И уж точно не появился второй подобный завоеватель».

— По преданиям им невозможно было убить невинного человека.

Она невольно поморщилась. Судя по легендам, Воина такие мелочи не останавливали и мало волновали. Иной раз целые города стирал с лица земли, а близких соратников убивал собственноручно. Может как раз тем сказочным мечом.