Читаем Обмануть смерть полностью

— Если человека от этой гадости вырвет, — пояснил с ухмылкой. — Фактически камень по составу типичен для желчнокаменной болезни. Но желудок очищать полезно при употреблении несвежей пищи.

— Ты ко всему, изложенному древними, относишься с пренебрежением? — спросила она после паузы.

— Если в результате проверки выясняется, что всем известный гений излагал кучу глупостей, почему я должен его уважать? Если некто пишет в знаменитом трактате: «Берилл помогает от бельма и проказы, изумруд вылечивает глазные заболевания и кровавый понос, а алмаз потеет, если к нему поднести яд», — и в доказательство приводит некие сказки о прошлом, то он неуч и дурак.

«О ком это? — подумал Феликс. — Явно некто, достаточно известный». Ему всерьез было любопытно: вот так, в очередном случайном разговоре, всплывали забавные и интересные данные. И не в первый раз они беседуют, мало обращая внимания на идущих рядом.

— Потому что не помогает. Не раз, не два и не три специально прослежены в жизни взаимосвязи. И это крайне сложно доказать, но скорее всего, рубин не облегчит тяжесть в сердце, сапфир не отгонит меланхолию, а агат… хм…

— Я знаю, — ледяным тоном ответила Кара и, покинув словоохотливого лекаря, поехала вперед.

— А чего делает агат? — жадно спросил Чимпай, стоило фемке удалиться подальше.

— Сохраняет непорочность дев, — буркнул лекарь под жизнерадостный хохот легионеров.

— Вам смешно, а она обиделась на намек.

— Монахине не стоит, ей по обету не положено!

— Шевелитесь, южане, — приказал пробегающий мимо старший погонщик. — Ножками перебирайте. Нам до перевала далеко.

Огромный караван торопился, насколько это возможно в подобных условиях. Ничего удивительного: вечером пошел снег. Невольно подумалось: если в начале осени условия столь суровы, что же ожидает в дальнейшем? И условия не для слабонервных. То пропасть, то очередной холодный поток. А на горизонте в облаках теряются вершины высоких горных хребтов.

Словно великаны, окружили они со всех сторон главную тайну мира. Окружили и сторожат, бдительно охраняя, чтобы ни один чужестранец не проник внутрь. Неизвестно, правда ли это, потому что вряд ли на свете когда-либо существовал человек, взобравшийся на самую вершину, чтобы проверить высоту. Кончики пиков теряются в снегах и сливаются с мрачным небом, протыкая облака. Мало кто сможет похвастаться, что побывал на такой высоте, уподобившись богу. И им тоже не требуется. Яма в долине и много ниже. Осталась сущая мелочь — вернуться.

— Что случилось? — пробурчал недовольно Крей, обнаружив почти остановившийся караван.

Скоро они увидели. На дороге стоял глава каравана с озабоченным лицом, отсчитывая и показывая количество животных и грузы, а возле него — давно ожидаемые собиратели пошлины. Собственно, по землям псоголовых они шли не первый день, и ничего сверхудивительного не произошло. Скорее, поразительно, почему они до сих пор навстречу не попадались.

Мастер подзывал очередного владельца груза, следовал обмен репликами, и тот без разговоров платил назначенную сумму. Об этом предупредили заранее, пошлина минимальная. Вторично денег не возьмут, вручат ярлык о внесении налога. Никто из людей так и не научился читать письмена псоголовых, но не имелось случая, чтобы нелюди иного племениобманывали даже на другом конце горной страны.

Их было всего двое, и походили они в целом не на чудовищ, а на обычных обезьян, вроде живущих на Черном материке в джунглях. Хотя те не разгуливали в богато расшитыхсапогах, куртках, шелковых рубахах и не носили мечей. То есть, какого шимпанзе, может, и можно нарядить, однако смотреться он будет ряженым. Эти носили одежду с непринужденностью человека. Хотя людьми, без сомнения, не являлись.

С первого взгляда, даже не видя лица, заметны отличия. Очень длинные руки, короткие ноги и широкая грудь. И это не уродство. Другая раса. Никогда не надеялся встретить, потому и не особо интересовался. Картинки пару раз видел. Они не передавали настоящего впечатления. Не просто слишком вытянутые вперед физиономии, а совсем иная форма черепа. Широкий нос, оттопыренные огромные уши, сплошь заросшие шерстью, не хуже яков. Для холодных мест, наверное, самое удобное.

— Красавцы, — с ухмылкой прокомментировал Крей.

— Почти наверняка воспринимают людей уродами, — пробормотал Феликс.

Один из псоголовых внезапно оживился, стоило с ними поравняться Пуладу, довольно залаял очень похожим на псовый брех образом, обращаясь к своему товарищу. Тот очень по-человечески показательно-демонстративно пожал плечами и отступил на шаг. Не требовалось объяснений для понимания — устранился, предоставив полную свободу товарищу. И тогда в воздухе замелькали длинные руки хозяина здешней земли.

— Он требует перевести в точности, — произнесла довольно громко Маргат для членов экспедиции, не дожидаясь вопроса. — Заранее предупреждаю, когда так говорят, ожидается ругань. Не обязательно излишне живо реагировать. Чаще всего и провоцируют на гнев.