Читаем Обмануть смерть полностью

Опять над нами нависали стены ущелья. Кажется, достаточно протянуть руки в обе стороны, и они чуть-чуть не достанут до холодного шершавого камня. Бешеная скачка сменилась более спокойным аллюром. И не погоняешь по выступающим там и сям из утоптанной земли булыжникам, и наши лошади не приспособлены для подобных трюков. Они выносливы и неприхотливы, однако на ипподроме лохматым недоразумениям нечего делать в принципе. Не для скорости разводили.

— Что это было? — негромко спросил Феликс, пристроившись сбоку.

Проще всего развести руками и расписаться в незнании. Только какой в том смысл. Впервые за всю нашу экспедицию настолько откровенно подтвердилась давно забытая мысль. Меня не отпустят при любых обстоятельствах. И я слишком близко к цели, чтобы нечто изменить. Вечная беда, излишне долго плыл по течению.

— То, — ответил так же тихо, — за что Орден Солнца сжигает негодяев-колдунов на костре.

Легионер посмотрел подозрительно-вопрошающе.

— Жезл из человеческой кости, обработанный специальным образом. По легенде человек обязательно должен быть магом, но неизвестно, насколько это соответствует истине. То есть, надо взять ее еще у живого, обязательно еще не умершего, и магической силой покрыть специальными печатями, удерживающими энергию внутри. Если сразу не закупорить, энергия станет уходить. Гораздо медленнее, чем из обычного амулета, но все равно ничего вечного не существует. Каждый шарик — определенным образом взятая человеческая жизнь, а может, и не одна. По частям собрать и дополнить жезл невозможно. Проще говоря, — объяснил со вздохом, — для создания такой штуки требуется массовое человеческое жертвоприношение, и надо не просто глотку перерезать или выдрать еще бьющееся сердце, а старательно мучить. И в таком количестве это невозможно сделать одному. Целая когорта магов должна принять участие в процессе. В жезле Безумного больше десятка жизней в его лучшие годы не находилось. Потому что пытать приходилось долго, и он уставал, но не позволял никому другому творить подобное. Не настолько выжил из ума, чтобы доверить кому-то правильные формулы. Пользоваться жезлом может любой, и это крайне опасно, как сам мог убедиться. Взорвать ведь можно кого и что угодно.

— И откуда у…

— Сам думай, — пробурчал без энтузиазма.

Вряд ли озвучивание догадки о темных практиках внутри ордена, а возможно, и в слоях высшего духовенства, прозвучит ободряюще. В принципе, и раньше догадывался, однако масштаб… Интересно, на что еще маги ордена способны?

— Цель оправдывает средства?

— Это не ко мне, к Пуладу обращайся.

Феликс отстал, слегка придержав коня, ему было над чем поразмыслить. Я вновь остался в одиночестве при своих беспокойных мыслях.

В алчности жрецов никто никогда не сомневался, а вот прямое нарушение собственных правил и грязные пятна вперемежку с кровавыми на белоснежных, вышитых золотом одеждах, не часто выставляют на показ. Скорее всего, возврата с самого начала не предусмотрено и для легионеров. И какая мне от этого польза? Потому их и выбрали, что выполнят приказ. Любой.

Стены ущелья заметно раздвинулись, впереди показался выход, и тут навстречу понесся, размахивая руками и вопя, находившийся в авангарде в качестве разведчика легионер. Прежде чем я сообразил, он дернулся и вывалился из седла. Только тогда до сознания донесся звук. Пули полетели столь внезапно, что двое передних коней в цепочке рухнули, прежде чем люди успели хоть что-то сделать. Крей упал на землю с воплем. Ранен или убит, не разобрать сразу.

— Вперед! — крикнул Пулад, и все оставшиеся дружно рванули в атаку, не раздумывая, включая Крея, держащегося за стремя одного из своих. Выходит, повезло, еще способен бегать, даром что на боку пятно от крови. Не хуже моего понимает, только так и можно прорваться через перекрывших выход в долину. Отступать некуда.

Я несся в общей куче, старательно держась за узду мчащегося за товарищами коня, пули назойливо свистели мимо ушей. Потом одна из них впилась в тело несчастного мерина, на котором я имел счастье восседать. Он жалобно заржал, взбрыкнув задними ногами, и добился того, что я вынужденно соскочил на землю. Все лучше, чем в моем возрасте лететь через голову. Мерин стоял рядом на дрожащих ногах и очень по-человечески стонал. Не знаю, хотел ли он помощи от меня, однако сейчас была не та ситуация. Выстрелил несчастной скотинке в голову, чтобы не мучалась.

Затем уселся на первый попавшийся камень и уставился на происходящее. Расстояние было слишком незначительное, а стрелков недостаточно, чтобы всех успели положить. Остатки нашей экспедиции доскакали до груды камней, и тут на них набросилось добрых два десятка вооруженных горцев. Снова грянули выстрелы, только теперь уже палили в упор легионеры, и все смешалось и превратилось в нечто малопонятное. Кто кого убивал, разобрать в постоянно передвигающейся группе людей в почти в одинаковых одеждах, не особенно выходило. Тем более что у меня явно начались проблемы со зрением. Раньше гораздо четче видел. Но и не удивительно на старости лет.