Читаем Обманный Дом полностью

Картер в отчаянии озирался по сторонам. Уступ, под которым находились анархисты, крепился к стенке ущелья тонкой каменной перемычкой толщиной всего в четыре дюйма и шириной в фут. Картер подполз к перемычке и изучил ее более тщательно. Он все еще сомневался в том, что Меч-Молния одолеет такой крепкий камень, и понимал, что успеет нанести всего пару ударов, а потом враги заметят его, привлеченные свечением клинка.

Приняв решение, он встал и выпрямился во весь рост. Пули, рикошетом отлетавшие от камней, грозили задеть его. Одним ловким движением Картер выхватил меч и вонзил острие в каменную перемычку. Мощная золотистая вспышка озарила стену ущелья, градом разлетелись осколки камня. Уступ, лишившись перемычки, отделился от склона и заскользил вниз. Картер не удержался на ногах, покачнулся и упал. Ступни его уперлись в край скользящего в бездну уступа. Он оттолкнулся и, прокатившись по склону, ухитрился затормозить. Не тратя времени на осмотр ушибов, он обернулся и увидел, как катится вниз сорвавшийся камень. Вот он докатился до анархистов. Дико крича, враги бросились в стороны, но спаслись далеко не все: катящийся камень подминал их под себя и вызвал настоящую лавину. Вскоре вопли анархистов заглушил грохот камней. К тому времени, когда грохот стих, Картер убрал меч в ножны и, перебежав, спрятался за скалой. Его отряд шел вперед, открыв немилосердную пальбу по ошарашенным анархистам. Когда начал стрелять и Картер, анархисты, решив, что их окружили, впали в панику и бросились врассыпную, сделавшись легкой добычей для воинов гвардии Белого Круга.

Вскоре закипел рукопашный бой. В результате урона, нанесенного анархистам камнепадом, силы почти сравнялись, что давало Нункаслу и его подчиненным явное преимущество – ведь их доспехи выдерживали пистолетные пули. Всеобщую сумятицу немало усиливал и Картер, который вопил во всю глотку, размахивая светящимся мечом.

Все могло бы закончиться быстро и благополучно, если бы не подошел второй отряд анархистов, который набросился на людей Картера с тыла. Зажатые между двумя отрядами, гвардейцы растерялись, но вскоре заняли круговую оборону. Те анархисты, что были прижаты к стене ущелья, мстительно вопили.

Повсюду вокруг Картера свистели и бились о камни пули. Он забежал за груду скатившихся со склона камней, убрал меч в ножны и переждал пальбу. Как только направление огня сместилось, он прополз немного вперед за камнями и выглянул из-за них, продолжая оставаться под защитой Дорожного Плаща. Положение его товарищей было незавидным. Замысел Картера провалился, нужно было срочно придумывать что-то еще. Оглядевшись по сторонам, он не увидел другого камня, который можно было бы легко столкнуть вниз, и решил стрелять, убивая врагов по одному. Если бы ему удалось убрать побольше анархистов с этой стороны, у Нункасла появился бы шанс продвинуться вперед. Картер уложил пистолет на камень и прицелился в вожака анархистов. В темноте это было не так-то просто, но Картер навел прицел на грудь врага, затаил дыхание и потянул спусковой крючок. Анархист мгновенно исчез из поля зрения. Картер снова пригнулся, затем опять выглянул и присмотрел новую цель. Он бы многое сейчас отдал за возможность стрелять из винтовки, но в Эвенмере винтовками пользовались крайне редко, поскольку они были неудобны при стрельбе в замкнутых помещениях.

Картер прицелился – и тут позади него послышался ужасающий рев. Он в страхе повалился ничком на землю, повернулся набок и увидел, как через него перепрыгнуло нечто страшное и огромное. Чудовище расшвыривало валуны, будто мелкие камешки, а завывало оно так, как все волки на свете, соберись они в одну стаю.

Картер, опомнившись, вскочил на ноги. Чудовище одним мощным прыжком оказалось в самой гуще анархистов. Первого попавшегося оно ухватило зубами за ворот и принялось трясти, как охотничья собака пойманного кролика. Даже оттуда, где прятался Картер, он услышал, как хрустнули шейные позвонки. Зверь отшвырнул труп в сторону, задрал голову к небу и полу людским-полузвериным голосом возопил:

– Псы Проклятия! Алая Роза в Витраже! Райское Воинство на Адском Побережье! Прочь! Прочь! И никто нас не остановит!

Затем чудище утробно завыло.

Картер стоял, не в силах пошевелиться. Телом чудовище напоминало огромного пса, но вместо морды у него был лик Старикашки Хаоса – антипода Порядка, принявшего материальное обличье. Растрепанные, спутанные седины, сверкающие желтые глаза, один из которых намного больше другого, вытянутые волчьи челюсти, ряды хищных клыков, обнаженных в жутком оскале. Чудовище провело лапой по убитому анархисту, уселось и вновь завыло:

– Первый и Последний! Конец Всего! Двери Его Лика, Светильники его Пасти! Свергни Дом, Зверь Порядка, Дочь Гадеса!