Читаем Облава на волка полностью

– Ложку дай мне какую-нибудь! – закричал он оттуда так громко, словно Николай находился в другом помещении.

– Грязные в раковине, – сказал Щукин, следя за Матросом. – А тебе зачем? Чистые в ящике стола…

– Все равно…

Матрос принял от Николая ложку, достал из кармана маленький пакетик, высыпал в ложку часть порошка, подумал, добавил еще.

– Газ включи, – отрывисто приказал он.

– У самого руки отвалились?

Матрос снова проворчал что-то, потом поднялся, включил газ и опять уселся за стол.

Щукин закурил, с интересом наблюдая за Санькой.

Матрос аккуратно положил ложку с белым порошком на стол, вытащил из кармана одноразовый шприц.

Сорвав упаковку, он взял со стола ложку, поднес ее ко рту и выпустил слюну в ложку. Проделав это, он зажал шприц в зубах, а ложку поднес к горящему на плите ярко-синему цветку газа.

Казалось, он забыл о существовании Николая. Глаза Матроса глубоко запали. Он со свистом трудно дышал через нос.

– Непонятная дурь… – бормотал Матрос. Шприц в зубах очень мешал ему говорить, но для Матроса это было не важно – он ни к кому не обращался. – Взял у барыги незнакомого… Времени не было ехать к своему постоянному… продавцу. Не дело, конечно, ширяться черт знает чем перед работой, но другого выхода нет… Иначе сдохну за рулем прямо…

Матрос отнял ложку с закипевшей в ней жидкостью от огня и втянул горячую жидкость в емкость шприца. Бесполезную теперь ложку он, не глядя, отшвырнул – она удачно упала в раковину.

Матрос уселся на стул, закатал рукав – мелькнула татуировка – и стал быстро сжимать и разжимать кулак, зажав руку выше локтя каким-то хитрым образом между ног, отчего стал похож на страшно скрюченного китайского демона.

Он поднес иглу к вздувшейся вене. Николай поморщился и наклонился, чтобы затушить в пепельнице сигарету, а когда снова посмотрел на Матроса, то тот сидел, откинувшись на спинку стула, с неподвижно уставленными в потолок глазами.

Использованный шприц лежал на столе.

Николай поднялся, чтобы выбросить шприц в мусорное ведро. Матрос посмотрел на него. Лицо у Саньки было размякшее и мокрое от выступившего на нем пота. Николай вдруг подумал, что пот должен быть холодным.

– Я вообще-то не увлекаюсь ширевом, – тихо проговорил Матрос, как-то очень доверительно обращаясь к Щукину и медленно при этом скатывая вдоль по руке рукав. – Так, иногда… Когда нервничаю или… Когда, как это говорится, вдохновение… Или как сейчас – когда ничего, кроме этого, помочь не может…

– Пришел в норму? – осведомился Щукин.

– Пришел, – проговорил Матрос, поднимаясь со стула. – Пошли. А то опоздаем. Машину я внизу оставил.

– Не понял? – поднял брови Щукин.

– А чего тут не понять? – усмехнулся Матрос. – Нам задание дали, так ведь?

– Ну?

– Вот и нужно его выполнять.

Щукин сцепил зубы, чувствуя, что ситуация и вовсе выходит у него из-под контроля.

– Ты чего темнишь? – негромко осведомился он. – Ляжечка сказал, что он сам позвонит и скажет, что делать и когда делать. И вообще – передаст инструкции…

– Ляжечка? – усмехнулся Матрос. – Какой такой Ляжечка?

– Та-ак, брат, – протянул Щукин, – ты вообще, я смотрю, обдолбался. Вусмерть. Ты, между прочим, нашей девчонке неплохую партию мог бы составить. Она молчит всю дорогу, а ты херню несешь. И оба обдолбанные.

– Никакого Ляжечки мы дожидаться не будем, – сказал Матрос, явно пропустив мимо ушей слова Щукина, – зачем нам с тобой слушать эту «шестерку»? Ты ведь не знаешь, кто заказчик?

С этими словами Матрос хитро подмигнул Щукину.

– А кто заказчик? – настороженно спросил Николай.

– Я, – просто ответил Матрос.

«Вот те на! – стукнуло в голове у Щукина. – Приехали, товарищи. Следующая станция – Кащенко…»

– Я, я и еще раз я, – продолжал Матрос, сверкая ставшими вдруг безумными глазами. – А ты думал? Мне нужно выполнить миссию, и для успешного выполнения я выбрал тебя в помощники…

Щукин молчал, не зная, что говорить.

– Миссия сложна и почти невыполнима, – говорил Матрос, казалось, не обращаясь ни к кому, – но нас зовут долг и честь.

«Идиотизм», – подумал Николай.

– А что за миссия? – вынырнув из своих мыслей, спросил он Саньку.

– Я тебе разве не говорил? – удивился Матрос. – Нам нужно вернуться в замок Вольфенштейн и спасти принцессу из лап марсиан. Конечно, марсиане сами по себе не слишком опасны, если не принимать во внимание то, что они вооружены секретным оружием израильских контрразведчиков, которое изготавливалось в лабораториях Третьего рейха с начала эры и до наших дней… Так вот, самое главное – это пройти мимо Недремлющего Князя… А потом… Крысы, крысы…

Щукин давно потерял нить Санькиного повествования – с той самой минуты, когда догадался, что у того просто начался обыкновенный наркотический бред.

«Ну и помощничка подсунул мне Ляжечка, – качая головой, подумал Николай, – просто жуть какая-то…»

– А ты?! – вдруг сорвавшись со своей табуретки, крикнул Матрос прямо в лицо Щукину. – Ты готов к бою?! Или нет?! Давай-ка проверим!!!

Матрос отскочил на шаг назад, едва не своротив газовую плиту, и принял диковинную боевую стойку.

– Давай проверим!!!