Читаем Облава полностью

— Вот так и держись за ними, сержант, ни на метр не отпускай, — распорядился сидевший рядом с водителем мордатый лейтенант ГИБДД, когда «БМВ» сразу за Московской кольцевой автодорогой пристроился в хвост «тойоты» с тонированными стеклами. — Доберемся до более-менее пустынного места и прижмем их к обочине.

— Как всегда, товарищ лейтенант, будьте спокойны, — бойко отозвался молодой сержант, управлявший машиной, похлопав по расстегнутой на поясе кобуре и по автомату Калашникова, лежавшему у него на коленях.

— Это хорошо, если как всегда, — похвалил лейтенант. — Но вот как у тебя, Сашка, с точностью и кучностью? Это тоже ведь немаловажный фактор в стрельбе по живым мишеням. Согласен?

— Согласен, Пал Николаич! — ухмыльнулся сержант Сашка и самодовольно добавил: — И с этим тоже нормалек, вы же знаете, я не первый раз оружие имею в руках.

— Гляди, сержант, не упусти этих гадов, — жестко напомнил лейтенант. — Скоро промзона — там и разберемся с ними! За этими мерзавцами кровавый след по всей России тянется…

— Да что вы мне все объясняете, товарищ лейтенант, не вчера родился, кое в чем разбираюсь. Сказано — живыми не брать, значит, будем мочить в сортире, как наш президент сказал! — нахмурился сержант.

Павел Сапогов мысленно похвалил смышленого водителя и проникся уважением к подполковнику Крючкову, выделившему ему такого хоть и молодого, но ушлого напарника. Тогда Крючков сообщил о парнишке, что во время службы в Чечне ему равных не было, он там стольких положил, что мама дорогая. «Для устранения неуловимого убийцы, Павел Николаевич, этот малый подходит, как никто другой, на него можно положиться…» — завершил тогда свою беседу седоватый подполковник.

— Гляди-ка, скорость сбавили, — усмехнулся сержант, — заметили нас, сразу видно. Значит, и эти отмороженные уважают нашу доблестную службу, а, товарищ лейтенант?

— А то! Нам бы с ними вообще пожестче, совсем бы зауважали, — откликнулся Сапогов и, подумав, добавил: — Но сегодня все равно от «штрафа» им не уйти.

И рассмеялся. Водитель тоже рассмеялся вместе с ним. Шутка о штрафе показалась им очень остроумной и уместной, поскольку сегодня цена штрафа была очень высокой. Непомерно высокой.

— Ты только не забудь, сержант, на все про все у нас не больше тридцати секунд. Патронов не жалеть. Но задерживаться нельзя ни секунды. Нам свидетели не нужны. Мы должны свое дело сделать и тут же свалить.

— Есть, шеф! — опять тем же бравым тоном отрапортовал сержант.

* * *

На этом отрезке Дмитровского шоссе обочина была пустынной, справа и слева тянулись глухие бетонные заборы, ограждающие безлюдные стройплощадки. Смеркалось. Машин на трассе было мало.

Антон Чиркунов во избежание неприятной разборки с гибэдэдэшниками так и не стал увеличивать скорость. Он включил габариты и как ни в чем не бывало продолжал движение. Патрульный «БМВ» не отставал, шел почти впритык, лишь изредка перемещаясь из ряда в ряд. Сомнений в случайности такого малоприятного соседства у пассажиров «тойоты» почти не осталось. И когда «БМВ» наконец-то замигал левым поворотом, сигнализируя о своем намерении обогнать «тойоту», Чирик воспринял этот маневр с немалым облегчением. Ему даже на какое-то мгновение показалось, что вот сейчас милицейская машина оставит их в покое. Однако в тот же миг «БМВ», уже обошедший их на корпус, стал резко забирать вправо.

— Совсем охренел, мудила! — зашелся криком Чирик, едва успев затормозить и рвануть руль вправо, чтобы избежать неминуемого столкновения. Ему удалось вырулить на обочину и в конце концов остановиться, обложив при этом трехэтажным матом всех сотрудников ГИБДД, вместе взятых.

На большее у Чиркунова и у сидящих в «тойоте» времени не хватило.

Из остановившегося прямо перед ними патрульного «БМВ» выскочили два мента с оружием в руках и бросились к их машине. Сразу же без предупреждения загремели сухие выстрелы, по обшивке застучали пули, легко прошивая тонкое японское железо, пробивая податливое стекло. Варяг успел увидеть, как слева на лобовом стекле образовалось несколько маленьких дырочек и как веером брызнула кровь из простреленной головы водителя. Одна из пуль тяжело ударила в грудь самого Варяга, и он стал терять сознание.

В это время Чижевский, распахнув правую дверцу, вытолкнул вмиг обмякшее тело Варяга из машины и упал на него сверху. В шуме непрекращающейся стрельбы вдвоем они скатились в глубокий грязный придорожный кювет и замерли в нем. На Чижевского, прикрывавшего Варяга своим телом, сыпались сверху осколки битого разлетающегося стекла. Скорее инстинктивно Николай Валерьянович пытался вытащить из наплечной кобуры запасной пистолет — и не смог. Рука не слушалась, а от каждого движения все тело пронизывала нестерпимая боль.

Где-то на трассе послышался шум приближающейся машины.

Стрельба прекратилась. Ментовские ботинки резво застучали по асфальту, хлопнули двери, и белый «БМВ» рванулся с места по трассе в сторону МКАД.