Читаем О СТАЛИНЕ И СТАЛИНИЗМЕ полностью

Очерки, которые я представляю вниманию читателей,- главное дело моей жизни. Около двадцати лет я готовился в той или иной форме к этой работе, а затем более двадцати пяти лет занимался ею непосредственно, собирая по крупицам, а иногда и третями факты и свидетельства, размышляя над минувшим, обсуждая его с друзьями и единомышленниками и полемизируя с оппонентами. Я встречался и беседовал с прошедшими сталинские тюрьмы и лагеря старыми большевиками, включая и немногих оставшихся в живых приверженцев разного рода оппозиций, а также с некоторыми чудом выжившими бывшими эсерами, меньшевиками и анархистами, с беспартийными техническими специалистами, с бывшими военными и священниками, с партийными деятелями и рядовыми рабочими, с бывшими «кулаками» и теми, кто их раскулачивал, с бывшими чекистами, с вернувшимися в СССР эмигрантами и с теми, кто стремился отправиться в эмиграцию.

Начал я писать книгу в 1962 году. Реальная угроза реабилитации Сталина, возникшая в 1969 году, привела меня к решению выпустить свою работу о нем («К суду истории») за границей. Первое издание вышло в 1971-1972 годах в США, Англии и большинстве стран Европы, а также в Японии, второе – на русском языке в 1974 году в США и в 1981 году на китайском языке в Пекине. Я продолжал собирать материалы. В 70-е годы представилась возможность ознакомиться почти со всеми книгами о Сталине и сталинизме, изданными в разных странах, накапливать факты и свидетельства. Так постепенно была подготовлена новая, более обширная – около 80 печатных листов – книга. Ее издает в США Колумбийский университет. Откровенно говоря, я предполагал на этом закончить работу над темой «Сталин и сталинизм». Однако с конца 1986 года в нашей стране началась новая полоса разоблачений и критики сталинизма, преступления Сталина были осуждены на пленумах ЦК и на XIX Всесоюзной конференции КПСС. Я не мог оставаться в стороне от этой важной очистительной работы – восстановления исторической правды, тем более что появилась возможность публиковать свои статьи и книги в советской печати. Пришлось браться за перо.

В моих очерках читатель найдет ряд фактов и материалов, уже известных ему по другим публикациям последних трех лет. Я не мог, однако, полностью исключить эти материалы, чтобы не нарушить логику повествования. Очерки эти – журнальный вариант книги, основанной как на прежних, так и на новых материалах о Сталине и сталинизме. Отдельно выйдет работа о соучастниках преступлений Сталина. В особую книгу я решил выделить и анализ событий Отечественной войны и послевоенного времени.

Пользуюсь случаем высказать благодарность всем тем, кто помогал мне в работе.

Эти очерки, как, впрочем, и другие мои книги,- частное исследование, я ни с кем не согласовывал ни сроков их завершения, ни выводов, ни положений. Я не использовал никаких архивов, никаких «спецхранов», никаких секретных материалов и не знаком с ними. Я не прибегал к конспирации, так как это исключало бы возможность обсуждения рукописи с друзьями. Я не просил и не получал от официальных учреждений никакой помощи, но и не встречал в своей работе серьезных препятствий.

1

Сталин родился 9(21) декабря 1879 года в маленьком грузинском городе Гори в семье бедного сапожника Виссариона Ивановича Джугашвили, человека необразованного и грубого. Вскоре после рождения Coco (так называли Сталина в детстве) он покинул семью и переехал в Тифлис (Тбилиси), где некоторое время работал на обувной фабрике, бедствовал, болел и умер, когда Сталин был еще подростком.

Мать Сталина Екатерина Георгиевна, урожденная Геладзе, так же, как ее муж, происходила из крестьянской семьи. Она зарабатывала на жизнь шитьем и стиркой белья. У нее не было времени для воспитания сына, и Coco большую часть дня проводил на улице. В детстве он перенес оспу, оставившую следы на его лице. Среди различных кличек, под которыми Сталин позднее фигурировал в документах полиции, была, и кличка «Рябой». В случайном дорожном происшествии двенадцатилетний Сталин повредил левую руку, и со временем она стала короче и слабее правой. Сталин тщательно скрывал свою частичную сухорукость, старался не раздеваться при людях и редко показывался даже врачам. Он не любил купаться и не научился плавать. Во время отдыха у Черного моря обычно гулял вдоль берега, не снимая одежды.