Читаем О, счастливица! полностью

О, счастливица!

Прохаживаясь по лодочной пристани, Бод в своем комбинезоне «Лесной призрак» вспотел. Мимо проносился воскресный поток машин, Бод спиной чувствовал любопытные взгляды путешественников – ясно, что не все они туристы и рыбаки. Без сомнения, «Черный прилив» завербовал множество наблюдателей и они разыскивали красный пикап «додж-рэм» с наклейкой «Фурмана в президенты» (которую Бод Геззер уже пытался безуспешно соскоблить с бампера перочинным ножом).

И тогда он решил извлечь «АР-15». Пускай эти уроды увидят, на что напоролись.

Он расстелил замшу на капоте грузовика и разобрал полуавтоматику точно так, как учил его Пухл. Он надеялся, что «Черный прилив» все это видит. Надеялся, они придут к заключению, что он ненормальный – выставляет напоказ штурмовую винтовку среди бела дня на обочине федеральной трассы.

Когда пришло время обратно собрать «АР-15», Бодеан Геззер стал в тупик. Некоторые детали подходили, некоторые – нет. Он задумался, не поменял ли случайно местами винтик-другой. Железо было скользкое и маслянистое, пальцы Бода – влажными от пота. Он начал ронять мелкие детальки на гравий.

Он раздраженно удивился: что же тут трудного? Пухл ведь справляется, даже когда пьян!

Через полчаса Бод злобно плюнул. Завернул незакрепленные детали винтовки в замшу и уложил узел в багажник пикапа. Он пытался изображать беспечность – пусть негритянские шпионы видят.

Бод сел за руль и врубил на полную кондиционер. Он пристально всматривался в бутылочно-зеленую воду во всех направлениях. Мимо проплыл рыбацкий ялик с низкой осадкой. Хорошенькая девчонка нарезала углы на парусной шлюпке. Потом два толстых волосатых типа на гидроциклах проскакали на волнах друг от друга.

Но никакого признака Пухла на угнанном катере. Бод кисло подумал: может, этот мудак и не явится. Может, это он меня бросил.

Еще пять минут, сказал он себе. Потом уезжаю.

Поток машин на шоссе по направлению к югу напоминал груженую ленту конвейера. От их вида Бода клонило в сон. Он не спал уже почти два дня и, честно говоря, был физически не способен доехать даже до Катлер-Ридж, не говоря уже о Таллахасси. Он бы с удовольствием вздремнул, но это самоубийство. Тогда-то они и сделают свой ход – этот «Черный прилив», чем бы и кем бы он ни был.

Когда Бод закрыл глаза, в мозгах у него запоздало возник вопрос: а какого дьявола им надо?

Он был не настолько измотан, чтобы этого не понять. Они, кажется, знали все, так? Кто он такой, где живет. Они знали и про Истых Чистых Арийцев.

И, конечно же, они знали про лотерейный билет, если не про оба сразу. Так вот что жадные сволочи искали в его квартире!

Бодеан Геззер моментально напрягся от ледяного осознания того, что единственную удачу, которая ему выпала, могут вырвать у него из рук. Один на дороге, с разобранной на части «АР-15», – ограбить проще простого.

Бод импульсивно сунул руку в карман штанов за бумажником, достал пакетик с презервативом, заглянул внутрь. Купон «Лотто» был невредим. Бод убрал его обратно. Ему не нужно было смотреть на часы: ясно, что пять минут уже прошли. Может, Пухла задержала береговая охрана. Может, он слинял сам. Или нашел какую-нибудь стекловолоконную канифоль, чтобы занюхать, упал с катера и утоп.

Адьос, мучачо.

Сердце Бода колотилось как у кролика. Он безрассудно газанул через трассу и, тормозя, резко свернул в поток, движущийся на север. Дрожащими пальцами отрегулировал зеркало заднего вида – это ему стоило бы сделать ночью. На хвосте у него была только фура с пивом «Молсон», и, добравшись до Уэйл-Харбор, Бод уже дышал поспокойнее. Проезжая по мосту, он мельком взглянул на широкий, обрамленный деревьями пролив, уходящий на запад. Будто от судороги его нога отпустила педаль газа.

По фарватеру скользила сине-серая моторка. Конский хвост водителя развевался на ветру как грязная тряпка.

– Вот блядь! – выругался Бодеан Геззер. Он с ревом развернулся у причала проката катеров Холидей-Айл и погнал обратно к стоянке у пристани.

Гастроном был только в удовольствие – все дружелюбны, готовы помочь. Не то что в лодочном прокате. Человек, сдающий лодки, – старый пердун, узкое серое лицо с трехдневной соломенной щетиной, – был неуклюж от нетерпения и нерешительности. Он явно никогда не имел дела с чернокожими женщинами без сопровождения, и перспектива эта доводила его почти до визга.

– Что-то не так? – осведомилась Джолейн, прекрасно понимая, что так оно и есть.

Она забарабанила устрашающими ногтями по растрескавшейся стойке.

Хозяин проката закашлялся:

– Мне нужны ваши водительские права.

– Хорошо.

– И залог. – Снова кашель.

– Конечно.

Он покусал нижнюю губу.

– Вы уже делали это раньше? Мож, вам лучше водный мотоцикл заместо этой штуки?

– Господи, нет же.

Джолейн расхохоталась. Она заметила пеструю кошку, свернувшуюся у холодильника с шипучкой. Подхватила ее с пола и почесала ей подбородок.

– У бедной маленькой принцессы ушные клещи, да, детка? – И потом, обращаясь к хозяину: – Хлоргексидиновые капли. У любого ветеринара есть.