Читаем О, Путник! полностью

— Что касается Вас, то Вы не совсем Ускоренный, Сир! — ответил мой визави, мастерски отклонив мой молниеносный боковой удар и быстро уйдя в сторону. — МАГИСТР ввёл Вас в заблуждение. Полковник, старый лис, знает своё дело. В контрразведке он уже пол века, что Вы от него хотите!? И не нужен ему титул, и не нужны ему поместья, и не нужен ему никакой отдых на пенсии, которая ему тоже не нужна! Ничего ему не нужно, вернее, ему нужно только одно!

— Что же? — я прочертил глубокую полосу на нагруднике рыцаря, но, увы, недостаточно глубокую.

— Полковник жаждет власти. Он хочет стать КООРДИНАТОРОМ. Не верьте ему, Сир! Даю Вам искренний и честный совет!

— Спасибо за ценную и своевременную информацию! Приму её к сведению непременно! — воскликнул я, ещё более ускорившись и ныряя противнику под ноги.

Мой меч всё-таки достиг своей цели. Я пробил Генералу набедренную защитную пластину и, видимо, перерубил то ли сухожилие, то ли кость. Он дико закричал, упал на палубу, обливаясь кровью, задёргался в конвульсиях:

— Больно, Боже, как больно!!!

— А как вы хотели!? «Назвался груздем, — полезай в кузов!». Так говорит одна старинная русская пословица, — я подошёл к сопернику, с лёгкостью сорвал с его ноги покорёженные латы, нашёл на палубе кусок парусины, туго обмотал ею ногу Магистра.

— Это всё, что я могу для вас сделать. Мне пора, дружище. Подумайте всё-таки над моим предложением. Не прогадайте… Моя Империя не ограничится двумя, вернее, тремя Островами. Я буду владеть всем миром! Всей Вселенной! И другими Вселенными!

— Успеха Вам, Сир, — мучительно морщась от невыносимой боли, прохрипел Генерал.

— Последняя услуга с вашей стороны, сударь. Ответьте честно на один очень важный для меня вопрос, — горя нетерпением, произнёс я.

— Каков он, Сир? — промычал мужчина.

— Кто я такой на самом деле? Почему не Ускоренный? Если не он, то кто же, чёрт возьми!?

— Сир, Вы — НЕКТО! — простонал Генерал, собрав последние силы, после чего потерял сознание.

О, как, ишь, ты, однако! Очень непонятная, странная и неожиданная новость. НЕКТО, НЕКТО… Что это значит!? Я стоял растерянный и огорчённый. Ну, спасибо, Генерал! Ты так прояснил обстановку! Лучше бы я не задавал этот проклятый вопрос! Ладно, оставим данную тему в покое. Однако, хватит говорильни, пора действовать!

Я поднялся на пиратском флагмане во весь рост, воздел руку с окровавленным мечём к небу и крикнул во всю мощь лёгких:

— Да здравствует Империя! Мы непобедимы! Родина или смерть!

Рядом вдруг неожиданно возник ЗВЕРЬ. Он задрал тяжёлую чёрную башку к невесомому и голубому небу и завыл: громко, дико, протяжно и зубодробительно. И столько было в этом вое внутреннего, тяжёлого и грозного напряжения и силы, что всё вокруг застыло, замолкло и мрачно погрузилось в какую-то тягучую и зыбкую патоку, сковывающую движения и неотвратимо затягивающую во внутрь себя.

— Да здравствует Император! Мы непобедимы! Родина или смерть! — нестройно, но громко донеслось с моих уцелевших кораблей.

— Гвардия, где моя Гвардия!? — заорал я и так топнул ногой по палубе, что вся галера задрожала и завибрировала.

— Мы здесь, Сир! — раздался пронзительный голос ШЕВАЛЬЕ с моего истерзанного и непобедимого флагмана, дрейфующего неподалёку. — Гвардия, вперёд! Гвардия не сдаётся!

Тысячи лужённых глоток, принадлежащим и Гвардейцам и не гвардейцам, вошли в унисон с морем и небом, сотрясли мироздание и повергли врагов в прах ещё до того, как наши клинки скрестились с их клинками в последней схватке. Что такое победа? Заключается ли она всего лишь в мече или в силе духа, двигающим этим мечём? Абсолютно риторический вопрос!

— ЗВЕРЬ! — заорал я, сжал в руке свой славный ЭКСКАЛИБУР и сделал неимоверный, гигантский прыжок на тяжёлую вражескую галеру, которая неторопливо приближалась к нашему флагману.

— У, А, Э, У, У, А, А, А, А!!! — раздался в ответ ужасный рёв, и оцепеневший и замерший до этого мир замер ещё сильнее.

И продолжилось сражение, и мы со ЗВЕРЕМ окунулись в него, как две огромные и чудовищные пираньи в аквариум с карасями, и началась бойня. И длилась она весь оставшийся день. Мы совершали бесконечные прыжки с корабля на корабль, внося опустошение в ряды противника. И рвались латы, и отделялись от туловищ головы, и кровь хлестала из ран, и вопли боли и отчаяния заглушили все существующие в мире звуки.