Читаем О красоте полностью

- Что? - Зора сбросила его руку. - Что ты несешь?

- Мисс Кипе. Ви. И рэппер. За что люблю Веллингтон - все друг друга знают. - Он вздохнул. - Что ж. Ну и пусть. К сожалению, мне не все равно. Совсем не все равно! Но какой смысл? Просто очень уж гадко. Она ведь знала, что я здесь, мы час назад поздоровались. Просто противно. Хоть для приличия могла бы…

Джером еще что-то говорил, но Зора уже не слушала. В животе зародилось и, как адреналин, мгновенно разнеслось по телу неведомое ранее ощущение. Возможно, это и впрямь был адреналин. Ее охватило какое-то физическое бешенство - никогда в жизни не испытывала она такой материальной, ощущаемой всем организмом эмоции. Нет больше ни разума, ни воли, вся она - лишь решительный сгусток мышц. Впоследствии Зора не могла объяснить, как вместо балкона очутилась в гардеробной. Должно быть, перенеслась на крыльях ярости. Все оказалось в точности так, как говорил Джером. Он сверху. Она обвивает руками его голову. Ах, какая красивая пара! А через мгновение Зора уже на веранде, держит Карла за капюшон: как потом выяснилось, она протащила его через прихожую и выволокла наружу. Здесь она его отпустила, швырнув на сырые половицы. Он кашлял, растирал пережатое горло. Зора и не знала в себе такой силы. Ее всегда называли «большой девочкой» - так вот, значит, в каком смысле? Получается, она способна таскать за капюшоны взрослых мужиков и швырять их на пол?

Кратковременный физический подъем сменился паникой. На веранде было холодно и сыро. У Карла промокли джинсы. Что наделала! Что она наделала! Разъяренный Карл, тяжело дыша и глядя снизу вверх, стоял перед ней на коленях. Сердце Зоры, разумеется, было разбито. И уже нечего было терять.

- Ну ты даешь… Бред какой-то… - шептал Карл. Потом он вскочил и заорал: - Ты что, шизанулась?

- Ты хоть ее прочитал? - задрожав всем телом, крикнула Зора. - Я столько времени на нее убила, курсовик в срок не сдала, для одного тебя старалась, а…

Она не высказала свою потаенную мысль, которая увязывала два момента («Я ради Карла пишу статьи» и «Карл целуется с Викторией Кипе»), поэтому, естественно, уловить смысл ее слов было проблематично.

- Что ты гонишь? Ты что натворила-то, а?

Зора опозорила его перед девушкой, перед всеми гостями вечеринки. От обаятельного Карла Томаса из Веллингтонской библиотеки афроамериканской музыки не осталось и следа. Перед ней стоял тот Карл, что душными, парными летними днями просиживал у подъездов многоквартирных домов в Роксбери. Карл, который в виртуозных словесных перепалках умел загибать такие оскорбительные шуточки, что соперники терялись. Никогда еще с Зорой не разговаривали подобным образом.

- Я… я… я…

- Ты что, моя девушка?

Зора горестно зарыдала.

- И при чем тут, к хренам собачьим, твоя статья? А! Так, значит, я должен отблагодарить ?

- Я просто старалась тебе помочь. Вот все.

- Выходит, не просто, - сказал Карл, подбоченившись и до смешного напоминая Кики. - Ты хотела еще кое-чего. Ждала, так сказать, награды. Значит, я должен был за это лизать твой уродский зад?

- Заткнись!

- Так вот для чего все это было, - Карл насмешливо присвистнул, но в глазах его отчетливо читалась боль, усиливавшаяся с каждым новым озарением. - Ну ты даешь… Так вот почему ты обо мне пеклась? Я ведь знал, что не умею писать. А ты меня выставляла идиотом перед всеми этими «поэтами». Сонеты! Ты мне с самого начала мозги пудришь, да? Сначала подобрала меня на улице, а теперь набрасываешься, потому что я, типа, тебя обломал? Черт! Я думал, мы друзья!

- Я тоже так думала! - плакала Зора.

- Не реви, слезами тут не отделаешься, - гневно предостерег он, и все-таки в его голосе Зоре послышалось участие. У нее забрезжила робкая надежда, что все закончится хорошо. Она протянула Карлу руку, но тот попятился.

- Выкладывай, - потребовал он. - В чем дело? У тебя напряги с моей девушкой?

От этих слов у Зоры из носа живописно вылетел комок соплей и слез.

- Твоей девушкой!

- У вас с ней напряги?

Зора утерлась воротником платья.

- Нет, - негодующе фыркнула она. - Еще чего! Стану я напрягаться из-за такой!

Карл изумленно вытаращил глаза и прижал руку ко лбу, силясь осмыслить услышанное.

- Не понял…

- Неважно. Господи! Вы как раз друг друга стоите. Барахло, а не люди.

Карловы глаза посуровели. Он приблизил к ней искаженное лицо - совсем не о таком мечтала она целых полгода!

- А ты знаешь кто? - сказал он, и Зора приготовилась выслушать приговор. - Сука поганая.

Зора отвернулась и пустилась в трудный обратный путь по ступеням веранды - потеряв пальто, сумочку и гордость и приобретя целый ворох неприятностей. В этих туфлях спуск давался намного сложнее подъема. Вот, наконец, и тротуар. Гнев постепенно вытеснялся чувством унижения, и Зоре отчаянно захотелось домой. Она ощутила первые уколы стыда, который теперь, видимо, долго ее не отпустит. Скорее домой, спрятаться под что-нибудь большое и надежное. На веранде появился Джером.

- Зур? Что с тобой?

- Джей, поедем домой, со мной все нормально, пожалуйста, поедем домой.