Читаем О, Иерусалим! полностью

Прошел всего какой-нибудь час с тех пор, как истек срок перемирия, и вот опасения Таля, что отныне его артиллерия будет не единственной в Иерусалиме, подтвердились. Теперь арабскому населению города тоже предстояло испытать прелести обстрелов. Пушки Шалтиэля посылали в Старый город снаряд за снарядом. Теперь уже в здании Австрийской монастырской гостиницы, где помещался арабский госпиталь, некуда было девать раненых. Обстрел продолжался всю ночь. К утру подавленные иерусалимские арабы поняли, что окончание перемирия не приблизило их к победе. 9 июля, которого они с таким нетерпением ждали, принесло лишь тяжкие испытания и страдания.

Минометный обстрел в Иерусалиме был лишь частью того, что происходило по всей стране. Израильская армия всюду наступала. На юге она выбила египтян из нескольких еврейских поселений. На севере четыре израильские колонны ударили по сирийцам, которые удерживали еврейское поселение Мишмар-Хаярден, а другие части обратили в бегство Палестинскую освободительную армию и взяли древний город Назарет.

Пожалуй, наиболее важная победа была одержана к западу от Латруна. В течение трех дней были захвачены населенные арабами города Лод и Рамле с окрестностями.

Неожиданные победы израильтян тотчас вызвали панику среди арабов, и тысячи беженцев устремились к Рамалле. Израильтяне всячески содействовали этому бегству. Молодому государству нужна была свободная, никем не заселенная земля. По улицам Лода и Рамле разъезжали машины с громкоговорителями, призывавшие арабов уходить в арабские страны. Деревенских старейшин вызывали в штабы израильской армии и прозрачно намекали им, чтобы они посоветовали жителям убираться. Армия предоставляла арабам автобусы, которые отвозили их к линиям арабских укреплений.

Вечером 14 июля на небольшом ливанском горном курорте Алей царило необычайное оживление. Сюда съехались лидеры Арабской лиги. Они собрались на срочное совещание, чтобы обсудить настоятельный призыв Совета Безопасности ООН к воюющим сторонам на Ближнем Востоке: немедленно и на неопределенный срок прекратить военные действия.

На этот раз у арабских лидеров было достаточно причин желать перемирия, и споров не возникло. Арабские войска терпели поражение на всех фронтах. Мечта арабов завоевать Палестину развеялась. Около полуночи Аззам Паша послал Генеральному секретарю ООН Трюгве Ли короткую телеграмму, в которой сообщалось, что Арабская лига согласна немедленно и на неопределенный срок прекратить военные действия в Палестине.

Быстрота арабского ответа на призыв Совета Безопасности лишила начальника штаба Иерусалимского округа Хаганы самого важного фактора — времени. Шалтиэль думал, что у него в запасе имеется минимум месяц, но утром 15 июля он неожиданно узнал, что в его распоряжении осталось меньше двух суток. По договоренности с представителем ООН перемирие в Иерусалиме должно было начаться в пять часов утра в субботу 17 июля — за сорок восемь часов до прекращения огня в остальных частях страны.

Подготовленный Шалтиэлем план захвата Старого города предусматривал два широких маневра с целью окружения, сопровождаемых мощным огневым валом, который принудил бы арабов бежать. Но для осуществления этого плана требовалось три-четыре дня, а их у Шалтиэля не было.

Другим способом взять Старый город была лобовая атака — чрезвычайно рискованная и чреватая серьезными потерями. Как выразился Иешурун Шифф, адъютант Шалтиэля, лобовая атака напоминает покер: "За один кон либо срываешь большой куш, либо проигрываешь все, что имеешь". Он знал, что Шалтиэлю с его склонностью к драматизму этот план импонирует. И хотя почти все офицеры штаба были против этого плана, Шалтиэль объявил:

— Другого выхода нет — мы будем атаковать Старый город.

Как и у всякого хорошего игрока в покер, у Шалтиэля был припрятан про запас козырь. Это было большое пустотелое взрывчатое устройство, названное "конусом" (из-за своей конической формы); оно весило сто тридцать пять килограммов и было смонтировано на металлической треноге. Конструктор "конуса" знаменитый физик Иоэль Раках уверял, что его сооружение произведет страшное разрушительное действие: если "конус" взорвать в двух метрах от стены Старого города, он проделает в стене огромный пролом. Операция получила название "Кедем" (древность). Подобно тому, как некогда, во время другой древней битвы, от звуков труб Иисуса Навина пали стены Иерихона, так в двадцатом веке изобретение молодого профессора физики должно было сотворить новое чудо — разрушить стену Иерусалима и позволить евреям вернуться в Старый город.