Несомненно, играла роль и политическая обстановка того времени. Наши войска вторглись в Афганистан. Это обострило обстановку во всем мире, но, в первую очередь, привело к резкому ухудшению советско-американских отношений, в том числе и в области спорта. США бойкотировали Олимпийские игры в Москве, а мы, позднее, в Лос-Анджелесе. Выбор президентом ФИДЕ американского города для поединка Каспарова с Корчным, факт, в общем, незначительный, еще подлил масла в огонь. Не исключаю, что Спорткомитет, а может быть, наши идеологи решили нажить на этом политический капитал. Однако сам Каспаров считал все эти поводы лишь дымовой завесой, а истинная цель срыва матча — не допустить в этом цикле его встречу с Карповым.

Характерно, что, заявления Шахматной федерации СССР с нападками на президента ФИДЕ делались через нашу голову, и члены Президиума федерации о них даже не извещались.

Как-то мне позвонил заместитель главного редактора газеты «Советский спорт» Семен Близнюк и предложил прокомментировать одно из таких заявлений, о котором ни я, ни мои коллеги по Президиуму понятия не имели.

— Пусть заявление комментируют те, кто его писал! — с раздражением бросил я.

— Можно передать твои слова Ивонину? — раздалось в трубке.

Через пару дней я узнал, что Ивонин звонил директору издательства «Физкультура и спорт» Жильцову и предложил отправить меня на пенсию…

Подводя итог конгресса в Маниле, приходится заключить, что Кампоманес на все сто процентов использовал создавшуюся ситуацию для поднятия своего авторитета. Всему шахматному, да и не только шахматному миру он показал, что может «утереть нос» даже такой мощной федерации, как наша, и поставить ее на место!

На фоне «воскрешения» полуфинальных матчей в Маниле как-то незаметно оказались приняты подготовленные Кампоманесом новые правила матчей на первенство мира. Во всяком случае в официальных документах ФИДЕ о каких-то спорах или дискуссиях по этому вопросу нет ни слова. А между тем новые правила значительно расширили права президента. Раньше в них был только следующий пункт: «Президент ФИДЕ персонально и официально отвечает за весь матч, включая его подготовку и завершение». Теперь же появился еще один: «Президент представляет интересы ФИДЕ и уполномочен принимать окончательные решения по всем вопросам, связанным с матчем».

И самое удивительное — советская делегация, которая ранее всегда решительно выступала против расширения прав президента ФИДЕ в матчах на первенство мира, на этот раз сидела тише воды, ниже травы и безмолвно согласилась на то, чтобы вся полнота власти сосредоточилась в руках Кампоманеса.

Как он воспользовался этой властью — известно…

Надеюсь, теперь все разобрались в сложной и запутанной истории, связанной с попытками срыва и «воскрешения» полуфинальных матчей на первенство мира. Истории, которая, конечно, нанесла урон авторитету и престижу Шахматной федерации СССР.

Наверное, интересен и другой вопрос — был ли кто-нибудь наказан за попытки интриги, да и за понесенные расходы?

Относительно пострадал лишь один человек — Ивонин. Его сняли с должности зампреда Спорткомитета и перевели на другую работу — назначили директором «Спортлото»! Тем самым отпал вопрос и о моем уходе на пенсию…

В Лондоне и Вильнюсе

Благодаря усилиям энергичного и предприимчивого Раймонда Кина, поддержанного весьма влиятельным журналистом Домиником Лоусоном, сыном министра финансов в кабинете «железной леди», оба полуфинальных матча состоялись в ноябре в Лондоне. Основным их спонсором была компьютерная фирма «Акорн».

Наша делегация выехала в Лондон в прежнем составе. Каспарова сопровождала мама Клара Шагеновна и тренеры А. Никитин, Е. Владимиров и Г. Тимощенко. Возглавлял делегацию бакинский профессор Я. Зейналлы. У него был заместитель В. Литвинов. В делегацию также входили врач и переводчица, выделенная Спорткомитетом. Когда мы приехали в Лондон, там оказался А. Рошаль. Как выяснилось, рвался в Лондон и Карпов, но по просьбе Каспарова Спорткомитет его не пустил. Чемпион мира очень этим возмущался, но, в принципе, учитывая взаимоотношения Карпова и Корчного, это решение было правильным. Если Спорткомитет хотел, чтобы матч Каспаров — Корчной проходил в нормальной обстановке, дразнить гусей не стоило.

Жеребьевка обоих матчей прошла на Даунинг-стрит, в резиденции Министра финансов Великобритании Н. Лоусона. В первой партии оба наши шахматиста вытащили белый цвет. Матчи проходили в отеле «Great Eastern» на одной и той же сцене, только в разные дни. Первыми начали Каспаров с Корчным.

Репортеры и фотографы, собравшиеся на открытие соревнования, были явно разочарованы, что не произошло никаких инцидентов, если не считать следующего: когда Стюарт Ройбен, один из членов Оргкомитета, взял под локоть Корчного, чтобы помочь ему подняться на сцену, тот отдернул руку и огрызнулся:

— Вы что, считаете меня психом?

Обратили журналисты внимание и на то, что расставленные на сцене корзины цветов были немедленно убраны.