Читаем o 2cb5a07abd7d1c8f полностью

старательно поддерживаемый анабиоз начал рушиться?

Хмыкнув, я дурашливо поболтал ногами в воздухе и, устремив взор вверх,

шустро вскарабкался по лиане. Покорю хотя бы виртуальную вершину. Тоже

достижение. Уцепился за угловатый камень и начал подтягиваться,

вытаскивать себя на вершину. И вздрогнул всем телом, когда вокруг моего

запястья сомкнулась чья-то рука и меня словно пушинку вздернуло в воздух

и перетащило через скальный край.

Вскинув голову, я уткнулся взглядом в радостно ухмыляющуюся

клыкастую морду полуорка-игрока.

- Спасибо, Кречет... - улыбнулся я в ответ, подтягивая под себя ноги.

- Да не за что - пожал плечами полуорк и коротко взмахнул рукой,

одновременно дергая меня на себя. Я еще успел заметить сверкнувшее в

воздухе лезвие меча и перед глазами полыхнула багровая вспышка. И еще

одна, когда полуорк повторил удар, вбивая меч мне в открытое горло.

Крит!

Отравление!

Вы получили легкое отравление и нуждаетесь в немедленном принятии

противоядия или наложении заклинания очищения!

Причина отравления: нанесенный на клинок яд!

Перед глазами мельтешили багровые вспышки, выскочившая на "экран"

длиннющая надпись тревожного оповещения и маячившая на заднем фоне

злорадно ухмыляющаяся морда полуорка...

Шкала моей жизни резко уменьшилась и, мгновенно покраснев, яростно

замигала. Подыхаю...

Взревев, я отмахнулся свободной рукой, кастуя на противника "терновую

преграду", но Серый Кречет одним мощным пинком разбил куст и вновь

всадил в меня оружие. Шкала жизни мигнула последний раз и резко

почернела. Исчезли цвета, все окрасилось в черно-белый цвет, тело

перестало слушаться и я безвольной куклой рухнул наземь, окутываясь

серебристой дымкой. Я еще не "улетел", когда в мое превратившееся в

сгусток серебряного тумана тело по самый локоть жадно влезли лапы

убившего меня игрока.

Полыхнула белая вспышка. Несколько коротких мгновений перед глазами

переливалась такая знакомая радуга, а когда она исчезла, оказалось что я

сижу на большом каменном диске испещренном множеством замысловатых

рун. Сижу в одном белоснежном подгузнике на чреслах и любуюсь

выскочившим сообщением:

Достижение!

Вы получили достижение "Воскресший!" первого ранга!

Увидеть таблицу полученных достижений можно в настройках вашего

персонажа.

Ваша награда за достижение:

+0.5% к шансу сохранить один или несколько предметов экипировки

после гибели.

+0.5% к шансу не получить штраф на накопленные баллы опыта.

+Текущий размер бонуса: +1%


Дополнительная информация:

Смерть это еще не конец! Помните, что в мире Вальдиры

вы бессмертны! После каждой гибели игрок будет перемещен на

ближайшую локацию возрождения. Существуют некоторые штрафные

санкции, изменяющиеся в зависимости от локации, уровня игрока и типа

противника...

Глухо выругавшись, я закрыл информационное окно и слепо уставился на

запад. Туда, где в паре лиг отсюда возвышался скалистый утес, на вершине

которого сейчас лежала моя туманная тушка и где сейчас стоял мой убийца.

Убили... меня убили!

Один короткий взгляд подтвердил, что накопленный опыт уменьшился

ровно наполовину. Я остался без экипировки. Гол как сокол. А раздел этого

сокола кречет. Серый Кречет, полуорк тридцать седьмого уровня, игрок-агр

вооруженный отравленным мечом. И я самолично заполз прямо к нему в

клюв.

Несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, я обуздал переполняющее меня

бешенство. Да, меня убили. Но этого следовало ожидать. Это игра.

Именно поэтому я оставил лошадь в конюшне, а самые ценные вещи и

деньги в гостинице. Потерял лишь свою кожаную одежду, вышитую

Власиленой рубаху из Яслей, посох, исцеляющие зелья и еще пару мелочей

до кучи. Но заклинания остались при мне, легендарный браслет в надежном

месте, лошадь мирно пережевывает виртуальную солому в не менее

виртуальной конюшне. Легко отделался.

И бешусь только из-за неожиданности и нелепости смерти. Лучше бы

сэкономил время и отдался на съедение серым волкам. Опять же - кто ж

знал?

Пока я успокаивал сам себя этими немудренными мыслями, успел внести

Серого Кречета в список врагов. Подлая ты птичка, Серый Кречет, очень

подлая.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Крылатые слова
Крылатые слова

Аннотация 1909 года — Санкт-Петербург, 1909 год. Типо-литография Книгоиздательского Т-ва "Просвещение"."Крылатые слова" выдающегося русского этнографа и писателя Сергея Васильевича Максимова (1831–1901) — удивительный труд, соединяющий лучшие начала отечественной культуры и литературы. Читатель найдет в книге более ста ярко написанных очерков, рассказывающих об истории происхождения общеупотребительных в нашей речи образных выражений, среди которых такие, как "точить лясы", "семь пятниц", "подкузьмить и объегорить", «печки-лавочки», "дым коромыслом"… Эта редкая книга окажется полезной не только словесникам, студентам, ученикам. Ее с увлечением будет читать любой говорящий на русском языке человек.Аннотация 1996 года — Русский купец, Братья славяне, 1996 г.Эта книга была и остается первым и наиболее интересным фразеологическим словарем. Только такой непревзойденный знаток народного быта, как этнограф и писатель Сергей Васильевия Максимов, мог создать сей неподражаемый труд, высоко оцененный его современниками (впервые книга "Крылатые слова" вышла в конце XIX в.) и теми немногими, которым посчастливилось видеть редчайшие переиздания советского времени. Мы с особым удовольствием исправляем эту ошибку и предоставляем читателю возможность познакомиться с оригинальным творением одного из самых замечательных писателей и ученых земли русской.Аннотация 2009 года — Азбука-классика, Авалонъ, 2009 г.Крылатые слова С.В.Максимова — редкая книга, которую берут в руки не на время, которая должна быть в библиотеке каждого, кому хоть сколько интересен родной язык, а любители русской словесности ставят ее на полку рядом с "Толковым словарем" В.И.Даля. Известный этнограф и знаток русского фольклора, историк и писатель, Максимов не просто объясняет, он переживает за каждое русское слово и образное выражение, считая нужным все, что есть в языке, включая пустобайки и нелепицы. Он вплетает в свой рассказ народные притчи, поверья, байки и сказки — собранные им лично вблизи и вдали, вплоть до у черта на куличках, в тех местах и краях, где бьют баклуши и гнут дуги, где попадают в просак, где куры не поют, где бьют в доску, вспоминая Москву…

Сергей Васильевич Максимов

Публицистика / Культурология / Литературоведение / Прочая старинная литература / Образование и наука / Древние книги