Читаем Нумансия полностью

Но если не за плодовитость, - ибо господь не всех одарил поровну, - то все же у нас до сих пор чтут доктора Рамона , кстати сказать, после великого Лопе самого плодовитого нашего автора; ценят у нас и в высшей степени тонкое искусство ведения интриги, коим отличается лиценциат Мигель Санчес , высокий дух, коим проникнуты творения доктора Мира де Мескуа , гордости нашего отечества, глубину и богатство мыслей в творениях каноника Тaррега , мягкость и нежность дона Гильена де Кастро , остроумие Агилара , пышность, живость, блеск и великолепие комедий Луиса Белеса де Гевара , изящное дарование дона Антоньо де Галарса , имя которого ныне у всех на устах, и многообещающие Плутни Амура Гаспара де Авила , - все эти авторы и некоторые другие помогли великому Лопе тащить эту огромную махину.

Несколько лет тому назад я вернулся к былой своей праздности и, полагая, что еще не прошла пора, когда меня восхваляли, снова стал сочинять комедии, однако новым птицам на старые гнезда не садиться. Я хочу сказать, что не нашлось ни одного директора театра, который попросил бы у меня комедий, хотя все знали, что они у меня есть, и тогда я запрятал их поглубже в сундук и предал вечному забвению. Вскоре, однако ж, некий книгоиздатель в разговоре со мной признался, что он купил бы их у меня, если бы директор одного привилегированного театра не сказал ему, что от прозы моей можно ожидать многого, от стихов же - ничего. Откровенно говоря, мне, конечно, больно было это услышать, и я подумал: "Или я стал другой, или времена изменились к лучшему, хотя обычно бывает наоборот, ибо всегда хвалят времена минувшие". Я пересмотрел свои комедии, а заодно и некоторые интермедии, погребенные мной вместе с ними, и нашел, что и те и другие не так уж плохи и, во всяком случае, достойны того, чтобы, выйдя из мрака, в который погружен разум упомянутого директора, выслушать о себе просвещенное мнение других, менее придирчивых и более сведущих. В конце концов мне все это надоело, и я продал их вышеупомянутому книгопродавцу, он же выпустил их в том виде, в каком я ныне их предлагаю твоему, читатель, вниманию. Он назначил мне за них умеренную плату, и я взял свои деньги, довольный уже тем, что мне не придется вступать в пререкания с актерами. Я хотел бы, чтобы эти мои сочинения были лучшими в мире или, по крайности, сносными. Ты сам их оценишь, читатель, и если найдешь в них хоть какие-нибудь достоинства, то при встрече с тем злоречивым директором скажи ему, чтобы он изменил свое мнение, ибо я ничей вкус не оскорбляю, и чтобы он обратил внимание на то, что в них нет явных и очевидных нелепостей, что стихотворная речь у меня такая, какая и должна быть в комедиях, что из трех стилей я пользуюсь лишь низким и что все персонажу моих интермедий выражаются так, как им свойственно выражаться в жизни. И еще передай ему, что, дабы убедить его окончательно, я представлю на его суд комедию под названием Обман для глаз , которую я теперь сочиняю и которая, если только она меня не обманывает, должна его удовлетворить. Засим да пошлет тебе господь здоровья, а мне терпения.

НУМАНСИЯ

Трагедия в четырех актах в стихах

Действующие лица:

Римляне

Сципион.

Югурта.

Квинт Фабий.

Гай Марий.

Эрмилий.

Лимпий.

Солдат Гай.

Солдаты.

Нумансианцы

Теогeн.

Карабино.

Маркино.

Мильвио.

Марaндро.

Сервий, мальчик.

Воины.

Правители.

Послы.

Леонисьо.

Лира.

Мальчик, брат Лиры.

Жена и дети Теогена.

Вириaт, мальчик.

Жрецы.

Горожане.

Слуги.

Женщины и дети.

Испания.

Река Дуэро с тремя притоками.

Война.

Болезнь.

Голод.

Слава.

Демон.

Труп в саване.

АКТ ПЕРВЫЙ

Входят Сципион, Югурта, Марий и Квинт Фабий, брат Сципиона, римляне.

С ц и п и о н

Кого доверье Рима и Сената

Ответственной задачи удостоит,

Вся жизнь его становится чревата

Волненьями, и все в ней беспокоит.

За годы войн жестокая расплата.

О, скольких римлян эта распря стоит!

Как победить? - Тут голова вскружится!..

Кто затянуть войну не устрашится!

Ю г у р т а

Кто, Сципион? Но тот, кто в ратном деле

И в подвигах себе не знает равных,

Кто смел, как ты! Не при таком вожде ли

Уверен Рим всегда в трофеях славных?

С ц и п и о н

Нет для Ума недостижимой цели:

Цепь рухнет горная от ряда плавных

Усилий; дикий же напор могучий

Любую сделает равнину кручей.

На дикий пыл моих солдат управу

Искать, однако, мне и не придется!

Забыв трофеи, воинскую славу,

Разврату наше войско предается.

Такое поведенье быть по нраву

Вождю не может. Целью задается

Он дух в них влить другой, весьма суровый,

Что будет прочной для побед основой.

С ц и п и о н

Эй, Марий.

М а р и й

Я.

С ц и п и о н

Прошу поторопиться

Оповестить все войско: без тревоги

И спешки лишней все должны явиться

Ко мне сюда. Не медлить по дороге!

Я лично к ним желаю обратиться

С коротким словом.

М а р и й

Тотчас будет строгий

Приказ твой выполнен.

С ц и п и о н

Без промедленья

Дать армии решил я наставленье.

Марий уходит.

Ю г у р т а

Солдата, что тебя не чтил бы, в войске

Во всем, сеньор, нельзя найти такого.

Промчалась слава дел твоих геройских

На крайний юг от полюса седого.

Идти на бой нас выучил по-свойски

Наш вождь - при звуках рога боевого.

Героев древних, - как их мир ни славит,

Перейти на страницу:

Похожие книги

пїЅпїЅпїЅ
пїЅпїЅпїЅ

пїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ. пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ. пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ. пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ.

пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ

Проза / Классическая проза
Гений. Оплот
Гений. Оплот

Теодор Драйзер — знаменитый американский писатель. Его книги, такие как «Американская трагедия», «Сестра Кэрри», трилогия «Финансист. Титан. Стоик», пользовались огромным успехом у читателей во всем мире и до сих пор вызывают живой интерес. В настоящее издание вошли два известных романа Драйзера: «Гений» и «Оплот». Роман «Гений» повествует о творческих и нравственных исканиях провинциального художника Юджина Витлы, мечтающего стать первым живописцем, сумевшим уловить на холсте всю широту и богатство американской культуры. Страстность, творческий эгоизм, неискоренимые черты дельца и непомерные амбиции влекут Юджина к достатку и славе, заставляя платить за успех слишком высокую цену. В романе «Оплот», увидевшем свет уже после смерти автора, рассказана история трех поколений религиозной квакерской семьи. Столкновение суровых принципов с повседневной действительностью, конфликт отцов и детей, борьба любви и долга показаны Драйзером с потрясающей выразительностью и остротой. По словам самого автора, «Оплот» является для него произведением не менее значимым и личным, чем «Американская трагедия», и во многом отражает и дополняет этот великий роман.

Теодор Драйзер

Классическая проза