Читаем Нубийский принц полностью

Мне вспомнились слова Заратустры: “Я научился летать и больше не нуждаюсь в том, чтобы меня подталкивали”. Разумеется, это была ложь, но такая ложь способна немного утешить того, кто действительно нуждается в утешении. Порывшись в бардачке, я отыскал кассету, которую записал той ночью в родительской спальне. Настало время поддаться искушению и послушать ее. На стороне А запечатлелась только гулкая тишина: ни слова, ни вздоха, ни единого намека на послание из потусторонних глубин. Зато на стороне Б глухой призрачный голос отчетливо произнес слово из трех слогов, слегка отделив их друг от друга и растянув последнюю “а”. Слово звучало по-арабски: Амайя или что-то в этом роде. Возможно, речь шла о знаменитой танцовщице фламенко, но восставать из чистилища только для того, чтобы произнести имя артистки, было не в стиле моего папаши. Наверное, старик хотел сказать “папайя”, хотя при жизни я не замечал у него особой любви к соку из этого плода. Или намекал, что загробный мир — арена бесконечной баталии, а вовсе не долина покоя, в которой забываются тревоги и горести жизни. С другой стороны, нельзя было исключать, что отец произнес “у моря”, чтобы живые могли представить местность, в которой теперь обреталась его душа. При желании на пленке можно было расслышать не отдельное слово, а обрывок фразы, что-то вроде “а надо ли”. За этим мог скрываться остроумный афоризм, глубокомысленная сентенция, вечная мудрость. Но все мои сомнения разрешились, когда я послушал запись еще раз и явственно различил слово “каналья”. Все оказалось так просто, что я даже устыдился своих изысканных версий. Наверное, мне надо было содрогнуться от ужаса, но губы сами собой растянулись в широкой улыбке. Ну да, каналья, ничего не поделаешь. Я поднял глаза к небу, мокрому и серому, словно кто-то с силой выжал на небо огромную грязную губку, перевел взгляд на свое отражение в зеркале заднего вида и глумливо, с расстановкой, произнес: “Мойсес Фруассар Кальдерон, Ла-Флорида, 15-Б, каналья”. Надо бы заказать визитки с такой надписью.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Соль этого лета
Соль этого лета

Марат Тарханов — самбист, упёртый и горячий парень.Алёна Ростовская — молодой физиолог престижной спортивной школы.Наглец и его Неприступная крепость. Кто падёт первым?***— Просто отдай мне мою одежду!— Просто — не могу, — кусаю губы, теряя тормоза от еë близости. — Номер телефона давай.— Ты совсем страх потерял, Тарханов?— Я и не находил, Алёна Максимовна.— Я уши тебе откручу, понял, мальчик? — прищуривается гневно.— Давай… начинай… — подаюсь вперёд к её губам.Тормозит, упираясь ладонями мне в грудь.— Я Бесу пожалуюсь! — жалобно вздрагивает еë голос.— Ябеда… — провокационно улыбаюсь ей, делая шаг назад и раскрывая рубашку. — Прошу.Зло выдергивает у меня из рук. И быстренько надев, трясущимися пальцами застёгивает нижнюю пуговицу.— Я бы на твоём месте начал с верхней, — разглядываю трепещущую грудь.— А что здесь происходит? — отодвигая рукой куст выходит к нам директор смены.Как не вовремя!Удивленно смотрит на то, как Алёна пытается быстро одеться.— Алëна Максимовна… — стягивает в шоке с носа очки, с осуждением окидывая нас взглядом. — Ну как можно?!— Гадёныш… — в чувствах лупит мне по плечу Ростовская.Гордо задрав подбородок и ничего не объясняя, уходит, запахнув рубашку.Черт… Подстава вышла!

Эля Пылаева , Янка Рам

Современные любовные романы