Читаем Новый вор полностью

При такой перспективе, излагаемой не врагами России, а своеобразными доброжелателями, знающими, как продлить агонию, Перелесов невольно возвращается к мысли о «новопатриотизме» и абстракции патриотической идеи в стане воров. Тем более, этот клан в разных странах ведет гибридную войну разными методами, чтобы лишить население земли исторической памяти: «В отчете о поездке по Скандинавии Перелесов отметил, что процесс ликвидации семьи, как первичной межполовой общности людей, идет в общем-то успешно, но обратил внимание на недостаточно активное участие местного населения в разрушении и сносе христианских символов – памятников апостолам и святым, фонтанов со святой Бригиттой, соборов, молельных домов».

Русский народ всегда объединялся ради ненависти к чему-либо, размышляет Перелесов, в этом мы сильны. А в любви разобщены и аморфны. «Ненавидеть Россию – старая исконно русская традиция. Высшая, но не последняя стадия этой ненависти – любовь. Правда, до нее поднимаются немногие. Моя биологическая волна уродлива, но это моя волна».

Преодолевая горечь от сознания поражения, нужно быть созидателем, восстанавливать, возможно, не существовавший никогда диалог между властью и народом. Автор не показывает нам праведника – скорее, прагматичного агностика в образе Перелесова, однако такой герой способен на поступок наперекор разрушительным силам, восставшим из ада.

Алексей Филимонов

"Литературная Россия" 2019 г. №47.