Читаем Новый Органон полностью

Интерес Бэкона к науке предварял его интерес к литературе и истории. Во время своего путешествия по Европе в 70-е годы в составе английского посольства он составляет заметки под названием «О состоянии Европы», в которых была отражена культурная, социально-политическая жизнь Франции, Швеции, Дании, Испании и Польше и бушевавшие в то время религиозные войны. К периоду обучения в Грейс-Инн относится ранний, не сохранившийся очерк Бэкона с пафосным названием «Величайшее порождение времени», отчасти предвосхищающий его главную работу «Великое восстановление наук». В 1597 году выходит сочинение, которое принесло ему литературную известность: первоначальный вариант «Опытов, или Наставлений нравственных и политических». Расцвет научной карьеры Бэкона приходится на первые два десятилетия XVII века. В 1605 году Бэкон публикует трактат «О значении и успехе знания, божественного и человеческого», который можно считать наброском «О достоинстве и приумножении наук». В 1609 году выходит сочинение «О мудрости древних», в 1612 году он заканчивает «Описание интеллектуального мира и «Теорию неба». Наконец, в 1620 году Бэкон опубликовал «Новый Органон» – вторую часть «Великого восстановления», – подготовил цикл работ по «Естественной и экспериментальной истории», а в 1623 году напечатал свой наиболее объемный и основательный труд «О достоинстве и приумножении наук» – первую часть «Великого восстановления». Бэкон умер в 1626 году, простудившись после эксперимента с замораживанием курицы, которую он собственноручно набивал снегом, чтобы проверить влияние холода на сохранения мяса. В своем последнем письме он радовался тому, что эксперимент удался.

Фрэнсис Бэкон не был ученым в полном смысле этого слова. В отличие от Галилея, Гильберта, Браге или Кеплера Бэкон не являлся специалистом в какой-то определенной области знания, если не считать, конечно, юриспруденцию. Фрэнсис Бэкон был реформатором науки. Он видел свою задачу в том, чтобы создать универсальные принципы научного познания. Для Бэкона было важно продумать и желательно воплотить в жизнь всеобъемлющую совокупность условий (методологических, социальных политических и экономических), при которых наука была бы возможной в качестве постоянного процесса извлечения знания из природы и производства технологических инноваций. Отдельные содержательные проблемы науки, заключавшиеся в неверном истолковании природы, были, с точки зрения Бэкона, обусловлены фундаментальной проблемой отсутствия ясных и надежных принципов развития науки в целом3.

Этой реформе научного знания посвящен главный, многотомный и незавершенный труд Фрэнсиса Бэкона – «Великое восстановление наук» (The Great Instauration Magna). Слово instauration, т. е. обновление или реставрация отсылает к характерному для эпохи модерна и, возможно, впервые проявляющемуся именно у Бэкона обращению к историческим образцам. Бэкон не делает на нем такой сильный акцент, как поздние европейские авторы более поздних периодов, но указывает на преимущества античной атомистической натурфилософии, ссылаясь в первую очередь на Демокрита. Это обращение связано с критическим отказом от позднеантичного и средневекового обоснования научного знания, сохранявшим во времена Бэкона серьезнейшее институциональное и теоретическое влияние на науку. Для натурфилософов, по Бэкону, главным было исследование самой природы, а не «абстрактные спекуляции». Это прямое исследование природы, пример которого подали досократики, должно быть реализовано на обновленном концептуальном фундаменте.