Читаем Новый нуар полностью

– Гай в чайной лопал от пуза, а в письмах буквально издевался, сочинял фразочки вроде: «Выраженье ваших глаз мои слова лишает выраженья»…

– И проходило? Они глупые что ли?

– Не знаю… Потом он на ней женился, получил недельный отпуск. Я слышал их разговоры по телефону, он ее называл «лапонькой», «рыбонькой», «котиком»…

– Интересно, знакома ли она с Гаем?

– А ты где работал, Олег?

– Я работал мясником.

– Хм, говорят, туда трудно устроиться.

– Да, но у отца связи были…

– И правда, это такое доходное место, как рассказывают?

– Как тебе сказать? У меня, например, никогда раньше столько бабок не было. Да и вообще трудно себе представить двадцатилетнего парня, у которого было бы столько бабок. А сколько вылетает на пьянки, на волов, на «ночёвки»… Сначала я был учеником, зарабатывал, конечно, меньше, потом вошел в круг на всех правах. Бабок стало больше, но и тратить пришлось больше. Хочешь не хочешь…

– На пьянки?

– На пьянки. Потом проигрываешь…

– А во что вы играете, в преф?

– Можно, конечно, и пулю расписать, но редко. Условия не позволяют. Да мне в карты и масть не хезала. А играли в чмэн, на пальцах… Ничего не надо, а проиграть-выиграть можно – ого-го! Рябчиков по триста оставлял…

– Слушай Олег, я понимаю, что у вас там есть левый приварок. А как вы его получаете? Ты же понимаешь, я не для чего-то там, мне просто любопытно…

– Хм, ну знаешь, когда вступаешь в круг, первым делом тебе говорят: «То, что ты здесь увидишь и услышишь, и родная мать не должна знать». Ну, а вообще как? С весами есть разные фокусы. Третий сорт за второй можно гнать, и так далее. Способов много…