— Нет, она ведь об этом небольшом плане не узнает, — ответил я, сформировав жуткую кровавую улыбку на своей маске.

— Замечательно, тогда я пошел развлекаться, — растворился в тумане Малкольм.

— Что ж, отдохни, как следует, — усмехнулся я. — И я тоже займусь важным делом.

Глава 50

Как же так? Непростая ситуация. Четвертое испытание.

Я смотрел на Мель и просто не мог принять подобного. Как же так? Почему? Я ведь ничего плохого ей не сделал, чтобы меня сбрасывать в пропасть. Это ведь не честно.

Кинули, так кинули.

Это не смешно, ты ведь со мной разобьёшься меньше чем через пять секунд, и я просто не знаю, как выжить в этой ситуации. Если бы не это своеобразное замедление времени при разговорах с тобой, то я бы уже помер, пока всё это обдумывал.

Да нет, это весьма забавно. Дело в том, что я тоже не понимаю, как нам выжить. У тебя просто ещё нет какого-нибудь вменяемого набора полезных способностей и навыков на все случаи жизни.

Но в этом нет твоей вины, здесь целиком виновата я, потому что не просчитала подобных действий со стороны Фрамель, а также не учла, что испытания здесь могут быть настолько опасными.

Так что мне тоже обидно, что я попалась на таком простом моменте, и теперь мы вместе летим в пропасть. Печально, но у меня просто опускаются руки, так как при нынешних возможностях шансов на выживание при падении крайне мало. Извини меня Лиран, я так хотела побыть с тобой подольше, но…

В следующий момент я ощутил резкий рывок, и полет продлился, но уже в обратную сторону. И что это за ерунда? В смысле я рад, что меня кто-то спас, но всё же сердце билось от страха так, будто пыталось разломать грудную клетку и лично покарать нашего обидчика.

— Мель? — я настолько удивился, что впал в ступор.

Девушка вновь поймала меня и на сей раз держала очень крепко. Я ничего не понимаю в этой ситуации.

Меня не спрашивай, я тоже в… недоразумении. Моих мощностей явно недостаточно, чтобы понять людей.

Мы приземлились на соседней скале, где более-менее можно было нормально стоять. Девушку немного трясло, похоже, с ней что-то было явно не так. Она повернулась в мою сторону и просто заплакала. Казалось, что она что-то хочет объяснить, но не знает, как это сделать и стоит ли вообще.

Честно говоря, меня тоже немного трясло, но это от нервов и от осознания того, что я буквально десяток секунд назад чуть не расстался с жизнью и всеми планами, которые у меня были на эту самую жизнь.

— Я… я… не заслуживаю прощения, — вдруг сказала она, пытаясь вытереть слезы. — Но всё равно прости меня. Я не хотела причинить тебе вред и уж тем более убить, но не смогла остановить… — она прервалась, сжав кулаки. — Я пока что не могу рассказать всего и не могу ответить на все твои вопросы, но прошу, не покидай меня. Ты первый мой друг за столько времени, что…

— Не беспокойся, — крепко обнял я девушку, почувствовав при этом, как её дыхание сбилось.

Она не ожидала от меня подобной реакции. В свою очередь я подавил в себе всю злобу, которая возникла за некоторое время до этого. Событие вышло далеко не приятным, можно сказать, что меня предали, но теперь я вижу, что ситуация куда сложнее, и мне хотелось в этом разобраться.

— Но как же…

— Я понимаю, что ты не хотела подобного. Всё обошлось, так что не переживай. Но как-нибудь расскажи всё подробнее, — сказал я с лёгкой улыбкой, а потом положил одну руку ей на плечи и прислонился к ней боком. — А теперь нам пора продолжать путь. Ты так не думаешь?

— Угу, — с радостью ответила она, вытирая слезы.

Удивительно, раньше я не замечал у неё стольких эмоций, но постепенно она стала более живой, общительной и похожей на девушку в плане поведения. Просто в первые дни учебы Фрамель была более холодной со всеми. Теперь же она стала чувствовать больше, но имелись какие-то непонятные проблемы. Интересно, с чем же они связаны? Нет, я понимал, что тут виновата её способность, но мне казалось, что это лишь верхушка айсберга.

* * *

Потребовалось ещё какое-то время, прежде чем удалось добраться до окраин скального массива. Мне бы не хотелось больше к этим скалам даже близко подходить, я ведь ещё несколько раз чуть не свалился, но уже чисто по своей вине.