Читаем Новый Мир ( № 7 2010) полностью

Он забрался в адресную книгу и, прищурившись, начал вглядываться в имена и фамилии. На экранчике оседала водяная пыль. А вдруг он испортится?

“Аня. Работа”. Ну да, Анечка, лаборантка, совсем молоденькая, телефон он забил в адресную книгу просто на всякий случай — мало ли что?

Ей, что ли, позвонить? Что он ей может сказать? Что он стоит в темноте неизвестно на какой улице? Зачем?

“Варвара Леонидовна” — это заведующая лабораторией. Ей звонить и вовсе смешно.

“Вениамин Ник” — кто этот Вениамин Ник? Николаевич? Он и не помнит. Видимо, какой-то нужный человек.

“ЖЭК ПС” — ну это понятно, паспортный стол, ему как раз пришло время менять паспорт. Он и записал — на всякий случай.

Ему стало страшно, курсор прыгал с фамилии на фамилию — и все это были фамилии нужных или ненужных, но совсем чужих людей, и некому было сказать, что он, Артемий Михайлович, стоит на темной улице под дождем, что он заблудился и хочет домой, что ему одиноко и печально.

Тут надо сказать вот что: Артемий Михайлович был холостяк. Не то чтобы убежденный, но уж слишком настойчиво мама сводила его с какими-то девушками, уж слишком некрасивы, неловки и нелепы были эти девушки, дочки и племянницы ее немолодых подруг, или, напротив, слишком напористы и самодовольны, слишком уверены, что все будет по-ихнему, и мама время от времени заглядывала в комнату и многозначительно кивала, и девушки что-то говорили, говорили, и он, Артем, что-то говорил, а потом, однажды, он привел одну, но эта одна очень не понравилась маме. Словом, все как обычно: сначала кажется, что впереди вся жизнь, потом время начинает бежать очень быстро, сначала мама была, потом не стало, каждое утро он шел на работу, каждый вечер возвращался с работы, а в выходные брался за переводы из ВИНИТИ, или ходил за покупками, или убирался в квартире, и только когда все дела были сделаны, а телепрограммы просмотрены, он недоуменно оглядывался по сторонам, не понимая, откуда взялось это сосущее чувство тоски и бессмысленности жизни. Но потом приходил очередной понедельник, и все начиналось сначала, лаборантка разбила трехлитровую бутыль с серной кислотой, пришла пожарная инспекция, бактериолог ушла в декрет, предметные стекла были бракованными, а агар-агар вообще закончился.