Мало того, серия лингвистических аргументов рождает еще и новые недоумения. По сочетанию лингвистических свойств «Слово…» оказывается памятником таким же необычным, как и по художественным особенностям.

Так или иначе, версия о создании «Слова…» в конце XII столетия остается, на взгляд автора этих строк, толькогипотезой. Но гипотезой, лингвистически более обоснованной, чем все прочие.

«Так смеется маска маске»

11 января 2012 года новостные ленты самых разных агентств сообщали одну и ту же новость: «Борис Акунин признался, что писал под псевдонимом Брусникин»; «Акунин признался, что Борисова и Брусникин — это он»  и т. п. Не думаю, что газетчики не понимали некоторую комичность заголовков: под псевдонимом пишет все же реальный человек, Григорий Чхартишвили, а не Акунин, его маска. Но что логика, когда тайна псевдонимов раскрыта в «Блоге Бориса Акунина», и поди разберись, когда именно хозяин блога пишет от имени Чхартишвили, а когда от имени Б. Акунина. Вот беседу с Навальным точно ведет Чхартишвили: инициалы Г. Ч. проставлены. Но интервью «International Herald Tribune» дает Борис Акунин. А кто выступает на митинге? Кто обсуждает с читателями то стратегию поведения на выборах, то кандидатуру на роль Фандорина в предстоящей экранизации «Алмазной колесницы» — Чхартишвили или Акунин? Или некий персонаж по имениborisakuninc лицом Григория Чхартишвили, но в сюртуке и котелке по моде конца ХIХ века, как он изображен на юзерпике?

МаскаБорис Акунин,по признанию писателя, так приросла к нему, что начала мешать беллетристике: не позволяла менять правила игры. Для этого якобы и потребовались новые псевдонимы, и возник проект «Авторы»: два писателя, не вписывающихся в границы акунинского мира. Позволительно в этом немного усомниться. Если Акунин может писать о впечатлениях от митинга или обращаться к читателю с вопросом «с какой конкретной цели следует начинать борьбу за восстановление демократии в стране», то уж тем более он может написать историко-приключенческий роман. Стало быть, истоки проекта «Авторы» следует искать не в неудобстве акунинской маски. Тогда в чем?

Но попробуем сначала проследить, как реализовывался проект «Авторы». Не будем нарушать и сложившейся уже традиции неразличения Акунина-Чхартишвили.

В блоге Акунина сказано, что первой выдуманной писательницей стала Анна Борисова. Но на прилавках книжных магазинов первым появился роман Анатолия Брусникина «Девятный Спас»[1]. Ему предшествовала назойливая рекламная компания.