И все-таки христианство «работает» с этой, как еще недавно казалось, «неподъемной» в духовном смысле человеческой массой, и «работает» успешно. Вот одно из многих тому свидетельств: корреспондент лондонской «The Times» Мэтью Пэррис, долгие годы живущий в Африке, пишет, что «христианство изменяет сердца африканцев. Оно несет с собою духовное преображение, что очевидно. Обновление реально. Перемена благотворна»
[10]. Свидетельство тем более убедительное, что сам автор этих строк заявляет себя твердым атеистом.В XIX веке известный английский колонизатор Сесиль Родс заметил, что можно вытащить негра из джунглей, но нельзя вытащить джунгли из негра. Родс все-таки ошибался. А сегодня, может быть, как раз европейская душа потерялась в «джунглях» в гораздо большей степени, если сравнивать ее с душою Африки, — я имею в виду, конечно, христианизированную Африку.
Прозелиты, как это часто бывает, исполняются религиозным рвением, в данном случае еще подогретым африканским темпераментом. Среди африканских христиан, особенно среди католиков (составляющих около половины всех крещеных), все настойчивее звучит укоризна в адрес Запада, который «морально разлагается». И — о, чудо! — Африка сегодня шлет к северным «нехристям» своих миссионеров. Еще в силу инерции из Европы и Северной Америки летят и плывут в Африку свои миссионеры, а уже встречный поток набирает силу
[11]. Духовные вожди Африки поставили своей целью «реевангелизацию Запада», не забывая, конечно, что и у себя дома дел у них, как говорится, невпроворот.Иногда на Западе можно услышать, что в Африке водворилось какое-то «другое христианство». На самом деле в африканском христианстве есть нечто от раннего христианства — свежесть религиозного чувства, упор на коммюнотарность; отчетливее звучит мотив «труждающихся и обремененных», приглушенный в западном христианстве. Что здесь действительно непохоже на Европу, так это культурная среда.