Читаем Новый Мир ( № 5 2012) полностью

В «Заметках» Лангфус присоединяется к своеобразной поэтике причитания, встречающейся и у Градовского и у Левенталя. Но он пишет особенно цветисто и осознанно «художественно», с психологическими рефлексиями, отчего достоверность его слов несколько снижается. В отличие от Левенталя, Лангфус явно рассчитывает на то, что его текст будет не просто найден и принят к сведению, но и прочитан.

В конце рукописи Лангфус зашифровал свое имя: J. A. R. A. Сокращение можно расшифровать на иврите (в транслитерации латиницей): «Jehudi Arye Reygel Arucho», что в переводе на русский значит: «Еврей Лев Длинная Нога»[18]. Имя автора рукописи на идише «Leib Langfus»[19]также переводится как «Лев Длинная Нога».

Также автор просит нашедшего собрать и издать все его рукописи под общим названием «В содрогании от злодейства». Последние слова в рукописи Лангфуса: «Сейчас мы идем в Зону. 170 еще оставшихся людей[20]. Мы уверены, что они поведут нас на смерть. Они отобрали 30 человек, которые остаются на крематории V. Сегодня 26 ноября 1944 года».

В настоящую публикацию вошли все дошедшие до нас рукописи Лейба Лангфуса, кроме самой большой из них — «Депортации».

Фрагменты, составляющие рукопись «В содрогании от злодейства» («Случаи», «Садизм!» и «Заметки»), даются по изданию Б. Марка, остальные — по сканированным копиям оригинальных рукописей.

Павел Полян

От переводчика

Тексты Лейба Лангфуса, родившегося и прожившего всю жизнь в Польше, написаны на идиш с вкраплениями польского языка для описания сельскохозяйственных или культурных реалий жизни в Польше («листопад-груздень», «жвир», «таксувки», общеевропейские «кломпы»); немецкого — для специфических лагерных реалий, с которыми автору пришлось столкнуться в его новой «жизни» («унтершарфюрер», «хефтлинг», «капо»), и иврита («Видуй», «Освящение/осквернение Имени») — для феноменов еврейской религии и литургии, в которых автор блестяще ориентировался. Для цитат польской речи («Umieram») Лангфус использует латиницу, что было сохранено нами в переводе; в противном случае заимствования были транскрибированы из идиш кириллицей с комментарием в сноске.

Рукопись частей «3000 голых» и «600 мальчиков» читается сравнительно легко, сохранность листов, покрытых записями с обеих сторон, — хорошая, за исключением отдельных размытых фрагментов (в особенности в «3000 голых»). В то же время листы перепутаны и входят к тому же в состав рукописи Залмана Левенталя (разительное различие в почерках очевидно, а кроме того, подтверждено экспертизой).