Читаем Новый Мир ( № 5 2008) полностью

Винография:бутылочка таиландского пива в таиландской же забегаловке.Память обойдется лишь уютом мечты

За “Промтоварным” следовал “Молочный магазин”.

И наконец “Клуб”. Оттуда пять минут до дома. Поле, летом саженное картошкой, покрытое снегом зимой. Детский сад, где вечером, перемахнув через забор, собирались местные подростки — покурить, побазарить за жизнь в тесных домиках на игровьж площадках. Четырехэтажное жилое строение, принадлежавшее, кажется, Фабрике. И еще одно, наше, жэбэ-ковское. На Заводе железобетонных конструкций познакомились молодые отец и мать, приехавшие в Н-ск из Баку.

Это была окраина поселка. Скажу более: это была окраина того, что я считал человеческим миром. Далее шли ряды гаражей, а за ними начинались Лево и Право.

Лево — территория химии: фармацевтического завода “Акрихин” и нескольких других предприятий того же рода. Иногда по утрам оттуда подступали желтоватые туманы. Туманы приносили с собой ни на что не похожий запах. С тех пор строчка “Утро туманное, утро седое” вызывает у меня видение тихого постапокалипсиса, безвидной и пустой земли, но не в начале Творения, а в конце мира, разрушенного последней мировой войной. Оказавшись вдали от цивилизации, в каком-нибудь идиллическом местечке, будь то Тоскана или Морван, и узрев поутру романтичную дымку, я невольно интересуюсь, нет ли поблизости химического завода, — к смущению благорасположенньж и экологически сознательньж хозяев.

Где-то в Лево раскинулась Свалка. Поход на Свалку был одним из самых отчаянных мальчишеских приключений. Что мы искали там? Оттуда ли приносилась домой странная стеклотара? Или уже с Базы, где полдня в неделю, старшеклассником, я сколачивал ящики для таинственной медицинской продукции под руководством веселых пьянчуг с обрубленными пальцами? Это, кажется, называлось учебно-трудовым воспитанием.

Воспоминания мешаются. Дымящаяся земля, зыбкая от мусора. Из-под нее, словно амфоры новой атлантиды, выглядывают прихотливо изогнутые колбы, торчат пробирки. Принесенные домой колбы ставятся на подоконник как украшение, в пробирки складываются двухкопеечные монеты. Колбы и пробирки считаются знатной добычей.

Существует ли Свалка по-прежнему, нашел бы я сейчас дорогу туда?

И мысленно я по-прежнему нуждаюсь в месте, куда уехать

Право было Природой, иной землей.

Плотина. Озеро. Лес.

У Плотины стоялсвойдом, в нем жила семья смотрителя, державшегосвоюкорову. Там обитатели поселковой окраины покупали парное молоко. Там же зимой катались с горки на лыжах и санках.