Читаем Новый Мир ( № 5 2008) полностью

“Но при чем тут Гоголь с Днепром?” — спросит терпеливый читатель, добравшийся до середины книги. Объясним. Образ вольных водных просторов не случаен. “Дежавю” удивительно напоминает “Дельту”, созданную Кросби позднее: те же накаты волн, то же медленное, самовластное движение — реки, направляемой лишь собственным течением, судьбы, которую за тебя никто не переживет.

(Или ничего не будем объяснять, а предложим считать это так, оговоркой — ведь книги пишутся ради оговорок.)

И все было бы хорошо на альбоме, если бы не “Our House” (“Наш дом”) Нэша. “Наш дом” обладает одним-единственным достоинством: он идеально подходит для коллективного пения на уроках английского языка.

Наш дом — очень-очень-очень приятный дом

С двумя кошками во дворе.

Жизнь была так тяжела.

Теперь же все просто

Благодаря тебе.

И нашей ла-ла-ла-ла-ла...

Особенно прекрасно “1а-1а-1а”, которое даже у самых тупых учеников вызовет ощущение причастности к великому и могучему инглишу. Добросердечный слушатель порадуется, конечно же, за Нэша, воспевшего свою жизнь с Джони Митчелл веедоме в Каньоне Лорел. Однако как с этим работать, не будучи руководителем языкового кружка? Невыносимый дух попсы, тренькающее фортепьяно, цукатный вокал. Не музыка, а музак, сказал бы блаженный старец Леннон. Особенно на фоне Стиллса, страдающего от несчастной любви к другой фолк-рок-звезде. Страдающего, но не сдающегося{ел.первую песню альбома). А если вспомнить о том, что, расставшись с Митчелл, Нэш уведет у Стиллса кантри-рок-певицу Риту Кулидж (еще одна любовно-производственная драма!), становится совсем тошно: и от очень-очень-очень приятного дома, и от двух кошек во дворе.

Поэтому похвалим “4 + 20”, тем более что песня того заслуживает. Четверка, сплюсованная с двадцаткой, дает в сумме именно столько лет, сколько исполнилось Стиллсу в 1969-м. Деньрожденческие размышления, приправленные юношеской меланхолией, уже встречались нам в творчестве участников квартета{ел.“Сахарную гору” Янга). Спетая в одиночку, под виртуозную акустическую гитару, “4 + 20” звучит завораживающе-интимно. По-настоящему, не по-нэшевски.

Про “Country Girl” (“Деревенская девушка”), вторую композицию Нила Янга и самую долгую на “Дежавю”, стоит как-нибудь потом поговорить особо. Она требует отдельного разбора, перекликаясь с “Беспомощным”, образуя с ним на альбоме единый янговский блок.