Читаем Новый Мир ( № 3 2010) полностью

разумеется, облака. беспричинная тоска по себе самому.

граффити на стене повторяют упрямо одно

и то же слово. уличный фонарь напоминает луну.

не поверишь никак — неужели всё действительно есть как есть?

ветер, продолжая божий замысел, расчёсывает листву.

жизнь и смерть — горькая, словно водка, смесь

тихо капает с этой стороны на ту.

всё по правде. обещанные рай и ад, тридцать второе число.

закрывая глаза, теребишь пальцами скатерть сам не свой.

темнота увеличивает пространство тебе назло —

ни огня, ни ангела под рукой.

*     *

 *

зайти с той стороны, где тень и сырость —

в ведре воды полнеба отразилось —

и ясно видеть каждый темный лист,

где твердый ствол и ветви поднялись.

есть вечное добро — земля и влага,

клеенка на столе, стакан, бумага,

тропинка, заводящая туда,

где тихий сад и время не беда.

сырая черепица, старый дом,

веревка к ветке плотным узелком,

и лебеды зеленой по колено,

пока что жизнь вполне обыкновенна.

лечь не раздевшись, глядя в потолок

узнать, что смертен и совсем не бог,

пока в окне все яблони и сливы

шумят о том, что бесконечно живы.

*     *

 *

стелют сухую газету. раскладывают хлеб, вино.

все скамейки заняты, поэтому пусть будет вот здесь.

это по крайней мере лучше, чем в кафе или кино.

согласись, счастье хмельная смесь.

но — это по крайней мере лучше.

биться то так, то так,

убеждая друг друга в боге, боли, в тугом кольце

кольцевой метро, называясь по именам,

чтобы встретиться в центре зала или его конце.

голуби ходят с миром. склёвывают с руки.

медленно отмираешь от вереницы дней.

ветром заламывает газетные уголки

жизни. мелкий петит на ней.

так не бывает. не бывает. закрываешь глаза рукой

на минуту-другую. слышатся воробьи.

знаешь, всё, что произошло с тобой,

было проявлением чужой любви.

*     *

 *

всё равно будет то же небо, те же листья, тот же срез

пространства, который жизнь. разворачиваясь кольцевой

метро, время не трогает расположенья мест

и на скором поезде увозит тебя домой.

не вспомнить сразу — сколько было зим и лет.

человек — земная тварь, одна из многих других.

если предположить, что бога нет,

кто же тогда наполняет дождями лужи, отражаясь в них.

есть ли смысл в разлуке и возвращенье назад?

лист замрёт, ветер вполголоса отговорит —

вечно неухожен тот райский сад,

где к простому дереву яблоком человек привит.

Январь 2010

Кадникова Татьяна Владимировна родилась в Пензе. Закончила Литературный институт им. А. М. Горького. Печаталась в местной прессе, в центральной выступает впервые. Живет в Пензенской обл.

Рассказ

1

Мне приснилась мама.

Что она не умерла.