Читаем Новый Мир ( № 2 2013) полностью

Известный петербургский филолог тартуской выучки Елена Владимировна Душечкина умеет превратить свою научную работу в удовольствие — и для себя самой, и для читателей своих книг. Судите сами: ее исследования посвящены истории святочных рассказов, имени Светлана в русской поэзии, новогодней елке. Можно только позавидовать…

К елке Душечкина подходит издалека: сначала пишет о месте дерева в мировой мифологии, потом о культе деревьев на Руси, потом — собственно о ели. И лишь потом начинает увлекательное повествование о самом любимом у нас празднике — Рождестве и о его верном спутнике — рождественской елке.

Как пишет сам автор, до нее об этом по непонятным причинам почти никто из исследователей не писал. Но это обстоятельство с лихвой восполняется «громадным, буквально неисчислимым литературным материалом», с которым Душечкина и работает, рассказывая историю елки и кипевших вокруг нее праздников и страстей.

Согласно царскому Указу от 20 декабря 1699 года, предписывалось в день Нового года пускать ракеты, зажигать огни и «по большим улицам, у нарочитых домов, пред воротами поставить некоторые украшения от древ и ветвей сосновых, еловых и мозжевелевых против образцов, каковы сделаны на Гостином дворе». А «людям скудным» предлагалось «каждому хотя по древцу или ветвена вороты или над храминою своей поставить... а стоять тому украшению января в первый день». Скоро, однако, это предписание было забыто, и еловыми ветвями и целыми деревья под праздник украшались только… кабаки! Что тоже отразилось в литературе: и у Пушкина елка у кабака есть, и в стихотворении поэта-демократа М. Михайлова написано:

К той елке зеленой

Своротит детина…

Как выпита чарка —

Пропала кручина.

И только с середины девятнадцатого века елка — теперь уже рождественская, а не новогодняя — возвратилась из кабаков в дома и квартиры.

А потом были елки футуристов, долгий запрет на елки, начавшийся по приказу не большевиков, оказывается, а дореволюционного еще правительства — как «германское» изобретение (наряду с бутербродами), ее реабилитация и новый, теперь уже окончательный расцвет: обо всем этом можно узнать из книги Душечкиной, основанной на богатейшем материале — как литературном, так и иллюстративном.