Читаем Новый мир. № 12, 2002 полностью

Новый мир. № 12, 2002

По причине суицидапомрачнел палач.На отвале антрацитапроцветает грач:иззелена-серебристым,голубым, гранатно-алымс беглым проблеском капризным —грач под солнечным обвалом!Солнце давит и печет,опаляя грачьи крылья…Это здесь, мне говорили,был РАССТРЕЛЬНЫЙ ТУПИЧОК —тупичок товарный, сорный,на окраине пустыннойв сизой патине полынной,в синеве туманной, горной,в черном городе Рустави…Но глаза мои устали,и себя уже самане выдерживает тьма.

Неустанно

В келье стол, топчан и стул.Каменная тишь. Снаружидва на два — раздельный стук. —Да, войдите. Да!! Да ну же…Гость стучит: кресты кладет,и без трех крестов надверныхв эту келью не войдетни один из благоверных.Дверь тесовая, с волчком, —сотка, с проймами, сплошная…Пролезает гость бочком,крестит стены, объясняя,что кропить и осенятьнадлежит их неустанно —неустанно изгонять призракиСЛОНа и СТОНа[1].

Этап

Колченогие березки —доходяги, недоростки —ход понурый и кривойкромкою береговой.По-над мысом для порядкуим велят плясать вприсядку,подбодряя матерком,скатываться кувырком…Из последнего терпенья,оставляя алый крапна лишайниковой пене,еле тащится этап.В Зимний берег волны бьют,и последние березки,переломаны и плоски,вжались в грунт и не встают.

Соловки, мыс Колгуев.

Дочери Кате

Опилочная каменеет грязь,и дремлют на приколе лесовозы.В лесу свежо и тихо. Ободрясь,душа опоминается от прозы.Ломаю звонкий утренний ледок.Октябрь — ноябрь. Серебряной пороюя наконец-то ничего не строю,не затеваю. Нероботь, ходок.Слежу, как льдом становится вода,торчу над замерзающею лужей,соображая битый час досужий,как трудится внутри изнанка льда,где в анкерные стяжки и прожильявоплощены разумные усилья —и черно-белый ледяной витражКатюшке в Рим пошлю — такая блажь.

Спаси и сохрани!

И вот — она. И с нею — он.Сошли по лестнице. Ступенейчетырнадцать. Их счет сочтен.Капризы вечных совпадений:все числа, кратные семи,всегда мои — мои семиты…— А руку все-таки сними.Да, с талии. — Что?! — Да сними ты…— Да как вы сме… Вы кто такой?Моя рука с его рукойсрастаются в рукопожатье.— Твой брат. Мы более чем братья,кто мы, любимая? Подъездвзгремел в семь ярусов. The restis awful… Кровь? Как это пресно…Все это было… Неизвестнодругое: что — она? онá!..Здесь прерывается созна…— Мне жизни без тебя не надо! —кричу оттуда. Тьма и чад.А наверху молчат. Молчат.Спускаюсь по ступеням Ада.А он? Он зверь… Горят ступни.Молчат. — Спаси и сохрани!..

* * *

Перейти на страницу:

Похожие книги