Читаем Новый Мир ( № 1 2012) полностью

«Думаю о Стиве Джобсе, Билле Гейтсе и о психотипе людей, представляющих их профессию: компьютерщиков, программистов, виртуалистов, футуристов, технократов. Я человек другой складки, гуманитарной, и могу ошибаться, но возможно, эта „посторонность” и полезна при взгляде на создателей современной информационной вселенной. Может быть, главное в них — это отсутствие трагического чувства жизни, поэтому агностицизм, универсализм или буддизм им ближе, чем монотеистические религии, исходный пункт которых — грехопадение человека».

«Но у Джобса еще сравнительно традиционный взгляд на смерть. Он уже не видит здесь морально-религиозной проблемы, но еще и не предлагает технического решения. А Рэй Курцвейл, изобретатель и пророк трансгуманизма, идет еще дальше, полагая, что смерть преодолима и бессмертие — это близкая перспектива биотехнической и нанотехнической революции».

«Сам Курцвейл ежедневно принимает 250 таблеток всевозможных витаминов и биостимуляторов и, в свои 63, надеется дожить до того дня, когда обретет бессмертие благодаря убыстряющемуся медицинскому и техническому прогрессу. Человек станет инженером самого себя, и все части тела будут заменяемыми, как детали машины. Совсем недавно, в сентябре 2011 г., в США объявлено о создании биопринтера, который работает по принципу обычного офисного принтера, но вместо текста и картинок печатает органы. А вместо чернил в картриджи заправляется сложная смесь из стволовых клеток человека или животного. Устройство предназначено для „печати” тканей, участков кожи, позвоночных дисков, коленных хрящей и даже полноценных органов».

 

Михаил Эпштейн.Масштаб и вектор. О тотальгии Дмитрия Быкова. — «НГ  Ex libris», 2011, 27 октября.

«Всякая сверхдержава — этотоскапо сверхтотальности, по мировому господству. Но и для многих граждан бывшей сверхдержавы тотальность — это все еще весьма притягательный, ностальгический образ полноты бытия. Отсюда быстро нарастающее общественное умонастроение, которое можно назвать „тотальгией”. Тотальгия (скорнение слов „тотальность” и „ностальгия”, от греч.algos— страдание, боль) — тоска по целостности, по тотальности, по тоталитарному строю, в том числе по советскому прошлому. Производные: тотальгИческий, тотальгИровать (предаваться тотальгии)».

«Конец советского строя со всей наглядностью прояснил то, что еще не было ясно в его начале. Пастернак, современник восходящей утопии, имел хотя бы эстетическое право на моральную ошибку. У нынешних тотальгистов такого права уже нет».

Перейти на страницу:

Похожие книги

Любовь гика
Любовь гика

Эксцентричная, остросюжетная, странная и завораживающая история семьи «цирковых уродов». Строго 18+!Итак, знакомьтесь: семья Биневски.Родители – Ал и Лили, решившие поставить на своем потомстве фармакологический эксперимент.Их дети:Артуро – гениальный манипулятор с тюленьими ластами вместо конечностей, которого обожают и чуть ли не обожествляют его многочисленные фанаты.Электра и Ифигения – потрясающе красивые сиамские близнецы, прекрасно играющие на фортепиано.Олимпия – карлица-альбиноска, влюбленная в старшего брата (Артуро).И наконец, единственный в семье ребенок, чья странность не проявилась внешне: красивый золотоволосый Фортунато. Мальчик, за ангельской внешностью которого скрывается могущественный паранормальный дар.И этот дар может либо принести Биневски богатство и славу, либо их уничтожить…

Кэтрин Данн

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное