Читаем Новые мосты полностью

– Дана, вы уж мне поверьте. Я человек старый, много чего повидал… в жизни обычно так бывает. Знаете, жизнь, она терпит долго. Это как на пружину давить… вот как тетиву арбалета натягивать и натягивать… И шансы жизнь тоже дает. Просто не каждый это понимает. А вот случилось в твоей жизни… нечто, и сделал ты выбор. Плохой, подлый, неправильный. И поворот, считай… и жизнь дает еще шанс. Опомнишься, исправишь свои ошибки – хорошо. Нет? Ну, так ты еще сильнее тетиву закрутишь… и рано или поздно оно так хлестнет… или глаза не будет, или руки… Понимаете, дана?

Адриенна смутно, но понимала.

– Думаете, так и с Леонардо будет?

– Уверен. Если не поймет, не одумается, не исправится – может, и плакать-то ему не придется. Господь все видит, а что не спешит, так у него впереди вечность.

– А у меня – нет.

– У всех нас так, дана. Просто мы об этом не всегда знаем…

Лоренцо

Время – тоже ценность.

Паскуале так и рассчитал, чтобы прибыть в Альмонте за пару дней до даны СибЛевран. Пока что закупит, пока продаст… как раз так оно и выйдет.

Потому что дана обещала ему два десятка коней. А это серьезно.

Два десятка коней надо сразу перегонять в столицу. Это небольшой табун, это конюхи, это корма, это много всего… разного. Поэтому Паскуале и не станет задерживаться.

Дана поймет.

А к дану Каттанео они уже заехали, до того как написать дане СибЛевран.

И погостили, и пообщались, ко всеобщему удовлетворению… дан Каттанео сообщил, что женится по весне, Бог даст. Приглашал в гости.

На свадьбу не получится – так приезжайте, как сможете, мы вам всегда рады будем! Ньор Паскуале, вы ж не откажетесь…

Ньор не отказался. Только головой покачал.

Вот ведь… жизнь – штука прихотливая и извилистая, и дороги по ней бегут, как им вздумается.

Энцо помог дане СибЛевран, она нашла Черныша, дан Каттанео поехал ее благодарить – и встретил свою любовь.

Настоящую.

А так вот расскажи кому, и ведь не поверят, сказки, мол, плетешь, а жизнь – она бывает прихотливее самых интересных историй.

Энцо был недоволен только одним. Сколько у него будет времени?

День? Два?

Слишком мало! Хотя бы месяц… и то мало! Чтобы насмотреться, чтобы наговориться, чтобы…

Ладно! Будем честны сами с собой. Чтобы просто попробовать заговорить с даной СибЛевран. А то язык как-то отнимается…

Что он ей скажет?

Что она подумает?

Как все это будет происходить?!

Энцо придумывал новые и новые варианты и не обращал внимания на то, что происходит вокруг. А происходило много всего интересного. И не всегда по-лезное…

* * *

– Здесь они, атаман.

– Лаццо?

– И данчик при нем, а то как же! – говорящий хихикнул. – Ходят по городу, чего-то покупают, чего-то продают…

– Ты следи. Где дана прихватить можно?

– Так есть одно место, прямо на самом постоялом дворе, там и до ограды недалеко, и прихватить его можно тихо. Мешок на голову – и тащим!

Винченцо довольно кивнул:

– Он один ходит?

– Обычно за ним двое охранников шарятся, но не на постоялом дворе же! Можно его перехватить, вот хотя бы Сутулого с его ребятами посадить – они справятся.

– Уверен?

– Атаман, да что там дела – сопляка упаковать? Чихнуть не успеет! Никто и не поймет, был человек – нет человека!

– Точно? Чтобы без шума обошлось.

– Сопляк же! Чего он там может? – махнул рукой подручный.

Винченцо кивнул.

Дан… сталкивался он с такими. Иных и на кол сажал…

Когда у них меч в руках, там еще можно чего-то ждать, а сами по себе даны… нет, не бойцы. Им красивую схватку надо, ту-урнир, а какой тебе в жизни рыцарский поединок? Пока ты там почесался, тебя уж три раза или дубинкой по голове, или заточкой в печенку…

В жизни дерутся без всякого благородства.

И с этим так же будет.

Мешок на голову, или оглушить, или еще чего… и утащить, пока не видят. А потом предложить выкупить за деньги.

И атаман отдал распоряжение.

Четыре человека во главе с Сутулым выдвинулись к постоялому двору. Их задачей было украсть дана Лоренцо Феретти.

Адриенна

Альмонте!

Как же Адриенна была рада, что они наконец добрались!

Перегонять табун лошадей, хоть и небольшой… это серьезно. Это двадцать коней. И у каждого свой характер, свое мнение, а кое-кто еще и со своими страхами…

Адриенна побеседовала с каждым из коней.

Смешно?

А тем не менее. Она пришла на выпас, подошла к каждому, погладила, объяснила, и кони вели себя в дороге просто замечательно. Но все равно – с ними куча забот.

У кого камешек в копыте, кто едва ледяной воды не напился, кто животом страдает, и за всем пригляди, и всех обиходь…

Конюхи?

Безусловно! Адриенна и сама могла навоз из-под коня выгрести, ей не зазорно, но зачем-то же она им деньги платит? Не ради ж того, чтобы эданна Сусанна одно место чесала, прости Господи! Это мачеха и сама оплатить могла, не переломилась бы!

Коней надо чистить, чесать, надо купать, если попадется подходящая речушка, они еще резвятся, как дети… молодняк же! Есть и четырех- и пятилетки, но и те поддались «дорожному» настроению.

А сама Адриенна мечтала отдать коней ньору Паскуале – и выспаться.

Хорошо выспаться!

Вот и нужный ей постоялый двор. Гонца послали заблаговременно, и ньор Паскуале встретил девушку чуть не на пороге: