Читаем Новеллино полностью

Поглядеть на него стремились королевы и графини, знатные дамы и благородные девицы, жены и дочери государей, баронов, рыцарей, вассалов и прочих благородных людей, и каждая прибывала с пышной свитой, приличествовавшей ее положению. Целыми днями они только и делали, что любовались его красотой, лелея втайне свои желания. И говорили друг другу: «Если бы мог он полюбить кого-нибудь так же сильно, как любит себя самого, поистине он стал бы самым влюбленным человеком на свете; какая жалость, что бог любви не даровал ему способности любить других с такой же страстью, с какой любит он самого себя». И они неизменно приходили на него любоваться, а те из них, кому посчастливилось обнять его или вызвать улыбку на его устах, почитали себя удачливее других. Все они его обольщали, не скупясь на посулы и дорогие подарки ни для него, ни для его матери. И поистине не было среди них ни одной, которая могла бы досыта на него налюбоваться, ибо чем дольше они смотрели на него, тем сильнее охватывало их желание. А он, как о том уже было сказано, обожал лишь себя самого и в простоте своей не ведал, что значит любить. Не смысля ничего в любви, он чурался женщин как только мог. Однажды, удалившись от всех, набрел он на чудесный сад, дышавший свежестью и покрытый утренней росой; кругом распевали соловьи, жаворонки и другие прекрасные птицы, занятые любовью; то была пора весны. Поляны были сплошь усыпаны цветами, а посреди сада бил великолепный фонтан, обнесенный каменным барьером из порфиров и других прекрасных дорогих камней. Вода в фонтане была прозрачнее слезы, и вокруг, кроме Нарцисса, ни души. А теперь послушайте о том, как приключаются несчастья. Юноша один-одинешенек остановился у фонтана отдохнуть и насладиться любовными трелями птиц, которые радостью наполняли его душу. Приблизившись к чудесному фонтану, он наклонился над водой и увидел в ней свое изображение. Вглядевшись получше, он обомлел, ибо принял свое отражение за другого юношу, как две капли воды с ним схожего, и пришел от сего в великое изумление. Будучи по натуре весьма простодушен, он сунул руки в воду, пытаясь схватить свое отражение. Это ему, однако, не удалось, да и могло ли быть иначе? Вода от прикосновения его рук, как это обычно происходит, пошла кругами. Нарцисс, увидев, что нет возможности схватить юношу, очень рассердился, тем более, что в растревоженной воде изображение и вовсе исчезло. Тут он горько заплакал и стал громко жаловаться. Тем временем круги на воде улеглись, и он, вновь поглядев в нее, опять увидел там свое изображение, как и он сам, горько плачущее. Вознегодовав пуще прежнего, он сказал: «Так ты дурачить меня вздумал?» И разозлившись, бросился в воду, полагая, что сумеет поймать там того, кто плачет точь-в-точь, как он. По воле всевышнего ему суждено было тут же захлебнуться и умереть. Он попробовал было выбраться, но не смог; вот так и умер Нарцисс, и, глядя на него, можно было подумать, что он спит. Влюбленные дамы и девицы принялись искать его повсюду, но не найдя нигде, дали зарок до той поры не возвращаться в свои замки, пока не сумеют отыскать его и налюбоваться им вволю. Множество их отправилось на поиски, и набрели они на тот самый цветущий луг с чудесным садом и прекрасным фонтаном, где столь злосчастным образом утонул Нарцисс.