А ведь время перед ГКЧП, конец 1980-х – начало 1990-х, было временем полной беспомощности государства. Оно последовательно становилось все более безумным и все менее эффективным. Давая все больше политических свобод для выражения недовольства, оно одновременно с этим порождало это недовольство, даже разжигало его, последовательно лишая людей еды (вплоть до сыра и сахара), сигарет, одежды, мыла… Оно не давало людям жить нормально и по-человечески, оно разваливало все.

Это была агония режима в прямом смысле слова. Тех же самых силовиков «подставляли» на каждом шагу, их руководители в ряде случаев прямо говорили им (как, например, бойцам рижского ОМОНа): а если в местах вашего проживания (в бывших союзных республиках) вас отдают под суд или просто убивают, – это ваши проблемы. Мы вас и тем более ваше имущество защищать не будем, попробуйте убежать с семьями, если получится.

Защищать такой режим к августу 1991 года физически было некому.

Точно так же, как защита Белого дома в 1993 году не возбудила массовой активной поддержки народа.

Начало 1990-х годов во многом предопределило современность.

Именно поэтому сегодня вся мощь государственной пропаганды противостоит адекватной оценке тех событий. Однако в ходе системного кризиса все будет переосмыслено достаточно быстро, гармонично и без каких бы то ни было внутренних напряжений – примерно так же, как в 1917 году была разом переосмыслена Русско-японская война.

Приложение 1

Страна без Горбачева: как это было бы

1986 год: точка бифуркации

Переломным моментом развития советской цивилизации стал 1987 год. Именно тогда были созданы кооперативы, обеспечившие перекачку ресурсов из государственного сектора в частный (и попутно разбалансировавшие денежное обращение огромным ростом наличных денег), и «товарно-сырьевые биржи», концентрировавшие эти ресурсы для вывоза за рубеж. Тогда же произошла либерализация внешней торговли, позволяющая этот вывоз осуществлять. Потребительский рынок был разрушен уже к осени 1987 года, а в 1988 году появились первые частные банки: государство лишило себя контроля за «командными высотами» экономики, ключом к ней – за ее финансовой системой.

Беспрецедентное по наглости воровство, начавшееся после развала Советского Союза, не должно маскировать для нас не менее масштабное, но скрытое воровство, организованное реформистской партхозноменклатурой в последние годы существования Советского Союза и ставшее причиной его хозяйственного краха.

С другой стороны, разгул национально-демократических движений, разрушивший страну в политическом плане, также начался именно в 1987 году.

Однако решения, давшие старт обеим этим явлениям, были приняты раньше – в 1986 году, когда стал очевиден провал политики «ускорения социально-экономического развития» и на смену ему вытащили «перестройку и демократизацию», от беспомощности, по сути дела, бросив рычаги управления обществом на произвол его стратегических конкурентов и случая.

Это и есть «точка перелома» советской цивилизации: жалкая попытка ГКЧП была уже агонией.

Да, конечно, разложение советской элиты, обусловившее уничтожение ею своей страны, началось задолго до этого момента, но «точка невозврата», при которой нормализация развития страны стала невозможной уже даже теоретически, была пройдена, по всей вероятности, именно тогда.

Итак, абстрагируемся от гниения советской элиты; предположим, что в ее руководстве сохранились и выкристаллизовались здоровые элементы, способные вернуть страну на путь здравого смысла.

Этого не случилось и вряд ли могло случиться, но что было бы, если?..

Немного хронологии

В середине 1986 года в Москве прошло Технологическое совещание, на котором М. С. Горбачев, констатировав неудовлетворительность реализации политики ускорения социально-экономического развития страны, указал, что причиной является попытка осуществить ускорение на современном технологическом базисе в то время, когда оно требует широкого распространения качественно новых технологий. Создание же и, главное, внедрение технологий «завтрашнего дня» тормозится отсутствием заинтересованности, для создания которой необходим «новый НЭП» – развитие рыночных отношений в рамках плановой социально ориентированной экономики. Отдельно было зафиксировано, что развитие рыночных отношений потребует усиления борьбы с мошенничеством и иными экономическими преступлениями.

* * *