Это правда, из-за меня, думает она. А без меня был бы в другом месте, жил совсем другой жизнью. И с женщинами вел бы себя по-другому, и твое отношение к любви складывалось бы иначе. Да и сама Марианна была бы совсем другим человеком. Обрела бы она счастье? И каким оказалось бы это счастье? Все эти годы они напоминали растения, посаженные в один горшок, прорастающие друг в друга, с усилием уступающие друг другу место, принимающие неудобные положения. Но в итоге она все-таки что-то для него сделала, дала ему возможность шагнуть в эту новую жизнь – и это всегда будет греть ей душу.

Я слишком сильно буду по тебе тосковать, говорит он. Мучиться буду, честно.

Поначалу. А потом пройдет.

Они сидят молча, Марианна методично водит щеткой по волосам, отыскивает колтуны и медленно, терпеливо их распутывает. Нет смысла быть нетерпеливой.

Ты же знаешь, что я тебя люблю, говорит Коннелл. И больше ни к кому ничего такого никогда не почувствую.

Она кивает, понятно. Он говорит правду.

Если честно, я не знаю, что делать, говорит он. Скажи, что хочешь, чтобы я остался, – и я останусь.

Она закрывает глаза. Не исключено, что он не вернется, мелькает мысль. Или вернется другим. То, что у них есть сейчас, уходит навсегда. Но для нее боль одиночества будет ничем – в сравнении с той болью, которую она испытывала раньше: болью от сознания собственной неполноценности. С ним она поверила в доброту, и этот его подарок уже не отнять. Сейчас жизнь распахнулась перед ним сразу во все стороны. Они много хорошего сделали друг для друга. Так и есть, думает она, так и есть. Один человек действительно способен изменить другого.

Поезжай, говорит она. А я всегда буду здесь. Ты это знаешь.

Благодарности

Я хочу поблагодарить: прежде всего – Джона Патрика Макхью, который поверил в этот роман задолго до того, как я его дописала, и своими замечаниями и предложениями внес важный вклад в его создание; Томаса Морриса за вдумчивые и подробные комментарии к рукописи; Дэвида Хартери и Тима Макгабанна, которые прочитали наброски первых глав и дали мне ценные советы; Кена Армстронга, Ярла Монги и всех членов писательского кружка Кастелбара, которые поддержали меня в начале творческого пути; Трейси Боган, которая сделала для этой книги почти все, вот разве что не сама ее написала; Мици Энджел, благодаря которой роман стал лучше, а я – опытнее; родных Джона; моих родных, в особенности – моих родителей; Кейт Оливер и Ифу Корни за их неизменную дружбу; и Джона – за всё.