Неожиданно снова вернулся ночной кошмар. Мужчина с сигаретой в углу рта наблюдал за ней из темноты. Сара отшатнулась — и тут снова зазвонил будильник. Она прикоснулась ко лбу, нахмурилась, села на постели и окинула взглядом спальню. Затем отбросила одеяло, уже зная, что в комнате что-то не так.

— Эй? — позвала Сара, хотя понимала, что она одна.

Она пошла в туалет, но остановилась на пороге. В чем же дело?

Сон? Она вспотела во сне; она вспомнила, как вытерла лоб тыльной стороной ладони. Но в этом было что-то неправильное…

Сара спустила воду и направилась в гостиную. Перед глазами у нее по-прежнему стояла одна и та же картинка — как она потеет, вытирает лоб…

Шкатулка для драгоценностей стояла посреди комнаты, все ящички лежали рядом.

— Как она сюда попала? — спросила Сара вслух.

Какое-то мгновение она не могла понять, что произошло.

Неужели она принесла сюда шкатулку вчера вечером? Или разгуливала во сне? Сара сделала еще один шаг и увидела отложенную в сторону горку украшений, тех, что были не слишком дорогими.

И тут она обо всем догадалась.

Сара отошла на шаг назад, и внутри у нее все сжалось от потрясения, в крови вскипел адреналин. Не отдавая себе отчета, она поднесла тыльную сторону ладони к носу и понюхала — никотин и еще…

Что?

Слюна.

— Нет! — выкрикнула она.

Глаза у нее были широко раскрыты от ужаса.

Она несколько раз вытерла ладонь о халат, затем провела рукавом по лбу. Ей казалось, что по нему ползают полчища муравьев. В следующее мгновение она замерла на месте и подняла голову, ожидая увидеть его — вот он выходит из кухни, выбирается из шкафа или даже, как голем, материализуется прямо из ковра или деревянного пола. Сара вертела головой, стоя на месте, потом в ужасе отступила на кухню и схватила телефонную трубку.

Все это время она отчаянно кричала.

Глава 02

Лукас Дэвенпорт показал жетон в открытое окно автомобиля. Местный полицейский с угреватым лицом поднял желтую ленту, натянутую вокруг места преступления, и махнул рукой, показывая, что путь свободен. Лукас проехал на своем «порше» мимо пожарных машин, подпрыгнув на плоском брезентовом шланге, и остановился на обгоревшем участке земли, где всего несколько часов назад была лужайка. Двое пожарных, которые пили кофе, обернулись и посмотрели на новую машину.

Едва он выбрался наружу, зазвонил телефон, и Лукас наклонился, чтобы взять его с панели. Снова выпрямившись, он почувствовал пропитавшую все вокруг вонь обгоревшей штукатурки, изоляции, краски и гниющего дерева.

— Слушаю, Дэвенпорт.

Лукас был высоким мужчиной с широкими плечами, квадратным лицом, смуглой кожей и первыми морщинами вокруг необыкновенно голубых глаз. В темных волосах только начала появляться седина. Тонкий белый шрам пересекал лоб, правую щеку и заканчивался в углу рта. Он походил на бывшего спортсмена, принимающего в бейсболе или хоккейного защитника, недавно удалившегося на покой. Над узлом галстука виднелся более свежий розовый шрам.

— Это Слоун. Диспетчер сказала, что ты на пожаре.

Голос звонившего звучал хрипло, как будто человек был простужен.

— Только что приехал, — ответил Лукас, глядя на обгоревшие листы железа.

— Дождись меня. Я скоро.

— Что случилось?

— У нас еще одна проблема, — сказал Слоун. — Расскажу при встрече.

Лукас повесил телефон обратно на панель, захлопнул дверцу и повернулся к сгоревшему зданию. Склад размещался в большом светло-зеленом ангаре из гофрированного железа времен Второй мировой войны, по большей части оцинкованного. Пожар был таким сильным, что листы скрутились, вспучились, а потом сложились, превратившись в подобие гигантских тако.[3]

Со свининой.

Лукас прикоснулся к розовому шраму на шее, в том месте, куда угодила пуля, выпущенная из пистолета девочкой. В следующее мгновение малолетнюю убийцу изрешетила очередь из М-16. То дело тоже началось с пожара и такого же запаха подгоревшей свинины, который сейчас плыл к нему со стороны подожженного склада. Точнее, не совсем свинины…

Лукас снова прикоснулся к шраму и направился к куче почерневших балок, валяющихся на земле. Под ними лежал мертвый полицейский. В первом сообщении говорилось, что руки у него связаны за спиной. Затем позвонил Дел и сказал, что парень был одним из его осведомителей и Лукасу стоит приехать, хотя место преступления находится за пределами юрисдикции Миннеаполиса. Копы из пригорода расхаживали с мрачными лицами, как бы говорящими: «Он был одним из нас». За время службы Лукас видел достаточно смертей полицейских и не делал различия между обычными людьми и своими коллегами, если они не оказывались его друзьями.

Дел осторожно пробирался между обгоревшими обломками складского оборудования. Он был, как всегда, небрит и одет в темно-серую трикотажную рубашку, джинсы и ковбойские сапоги. Дел увидел Лукаса и помахал ему, чтобы тот зашел внутрь.

— Он был мертв, когда огонь добрался до него, — сказал Дел.

— Как его убили? — спросил Лукас.

— Связали запястья проволокой и выстрелили в рот, три или четыре раза, в этом кошмаре точнее определить невозможно, — ответил Дел, рассеянно потирая руки. — Он знал, что его ждет.