Читаем Ночной поезд полностью

– Верно. Отец Дианы скоропостижно скончался три года назад, и в результате мы переехали, чтобы Ди могла ухаживать за своей матерью, которая хрупка и слаба в одном отношении, но сильнее упряжки волов в другом. Дети тогда были в младших классах средней школы, так что они подняли страшный шум по поводу переезда, и, по правде сказать, я молчаливо их поддерживал. Поменять Суррей на Корнуолл – это серьезно, когда тебе тринадцать лет. Да и в любом возрасте. Но мы должны были переехать, я это понимал. Бедная старушка Бетти была не в состоянии сама о себе позаботиться и определенно не собиралась перебираться ближе к Лондону, поэтому нам пришлось переехать к ней. Ди всегда говорила, что это ее расплата за счастливое детство, и, возможно, так оно и есть. На самом деле Ди обрадовалась возможности вернуться в родные места.

– Но там не так-то просто найти работу.

Гай кивнул:

– Вот именно, Лара. Для меня там нет ничего. Мне буквально пришлось бы идти на работу в «Теско», «Макдоналдс» или «Аргос»[30]. Так что мы сошлись на том, что я буду ездить в Лондон и подыскивать себе что-нибудь поближе к дому. Мне нравится моя нынешняя жизнь. Я бы свихнулся, если бы мне пришлось все время жить в Западном Корнуолле. В доме, полном подростков – у меня их только двое, но они заполняют весь дом, – да еще с тещей и ее склонностью к непрерывным перестановкам. Так что я с радостью вошел в этот режим. На неделе я один, в задрипанном гостиничном номере типа «постель и завтрак», но меня это устраивает. А сейчас наклевывается одна паршивая работенка в Труро. В Труро! С каких это пор в Труро можно найти хорошую работу?

– Что это за работа? – мягко спросила Элен. Она заметила мой взгляд и весело подмигнула.

– Адвокатская контора с большой практикой. Потребуется купить долю капитала в предприятии и войти в качестве партнера.

– О, Гай. Ты идеально подойдешь для этой работы.

– Я знаю! Придется делать вид, что я прикладываю усилия. Затем постараться провалить дело. Еще по одной, дамы?

В час ночи Элен встала.

– Все, – произнесла она. – Хорошо сидим, но мне пора спать. У меня впереди напряженный уик-энд. Увидимся в воскресенье, ребята.

– Спокойной ночи, Элен, – пожелала я ей.

– Спокойной ночи, Джонсон, – добавил Гай. – Мы скоро подтянемся.

– Мне тоже через минуту надо быть в постели, – проговорила я. – Мы будем в Труро через шесть часов.

– Шесть часов! На самом деле это удивительно много, – задумчиво сказал Гай. – Я думаю, мы можем задержаться немного дольше. Знаю! Я же собирался показать тебе, как пользоваться «Твиттером». Какой у тебя электронный адрес?

Я посмеялась над этой жалкой отговоркой. Гай начал возиться со своим телефоном, и я сообщила ему адрес своей электронной почты. Вскоре он вручил телефон мне.

– Вот видишь. Это твой аккаунт в «Твиттере». Давай, напиши что-нибудь. Твой пароль «прекраснаялара».

– О, спасибо. Пароль высшей пробы.

– Знаю. Если бы я был трезвым, ты получила бы лучший.

Я тыкалась в его телефоне, пока наконец не написала: «Пытаюсь научиться пользоваться «Твиттером» – и передала его обратно Гаю.

– Один пункт можно вычеркнуть из списка, – сообщила я. – Я написала свой первый и определенно последний твит. Вот с этим моя сестра тоже справляется лучше меня, но, по крайней мере, я старалась. Теперь я иду спать.

Я подумала о Сэме, о том, как он там, дома, отчаянно ждет моего возвращения, вкладывая всю душу в ожидание счастливых выходных. Если я посплю шесть часов, то буду завтра в приемлемом состоянии. Я соглашусь на все, что он запланировал, и сумею сделать это как следует.

Я уже собралась встать, как вдруг заметила, что моя нога под столом уже давно прижимается к ноге Гая, и не решилась отстраниться.

– Итак, – услышала я свой спокойный голос. Бар открыт всю ночь, но в данный момент под его яркими огнями не осталось никого, кроме нас. Все изменилось.

– Лара, – произнес Гай. Он открыл рот, чтобы что-то добавить, но передумал.

– Да.

– Это…

– Я знаю. – На самом деле я, конечно, не знала. Я понятия не имела, хочет ли он сказать: «Это опасно» – или: «Это неожиданно, дико, сумасбродно, но это интригует и возбуждает». Одно со знаком плюс, другое со знаком минус.

Между нами повисло напряжение. Гай подался вперед и взял меня за руку. Его рука была теплая, кожа – сухая. Я перевела взгляд на обе наших руки, переплетенные вместе. Они не должны быть вместе, но вместе они смотрелись правильно. Мы сплели свои правые руки так, что обручальные кольца не участвовали в этой немой сцене.

– Могу я перейти на твою сторону стола? – спросил он.

Я посмотрела в его темные глаза и увидела одну только сердечность.

– Да, – прошептала я, и он выскользнул из своего кресла.

Гай сел рядом со мной, положив руку на мою талию. Я повернулась к нему, помимо своего желания, и, запрокинув лицо, встретилась с ним губами.