Читаем Ночная смена полностью

Ага, вон оно что — после того, как прошла ударная группа, на позиции выкатываются те — в оранжевых бейсболках. Ага, группа поддержки. Нет, две — в двух местах кепки видны.

— Двинули! Доктор — зад смотришь!

Ну вот, как всегда. Наверное, скоро буду привычно ходить задом наперед. Сзади я вижу, что в административном корпусе у входа есть люди. Много. Но все мертвые и двери закрыты. А стеклопакеты им не прошибить — силы не те.

На мое разумение, движение тут получается не удачным — как бы нам друг другу перекрестный огонь не устроить. Сейчас же встречь снайперам пойдем на директрису. Но в плане тактики тут поумнее меня собрались. После того, как Николаич убеждается, что между клеток хищников и у белых медведей зомби не осталось он оставляет часть группы на месте, а сам с командой из своих ветеранов возвращается на исходную, по уже очищенной дороге — в угол к Ильясу. Там Саша плюхает в небо красной звездочкой. И компания теперь проходит по другому катету. Видно, что зомби и впрямь идут на выстрелы — если впервоначале группа зачистки положила не менее двухсот мертвецов, то теперь на всей остальной территории попалось всего шестеро зомби. Правда, за забором добавилось тех, кому сильно не повезло. Стоит практически толпа, пытаются залезть некоторые, но здесь заборчик — лев не перепрыгнет. Специально сделан.

Зачистку облегчает и то, что все павильончики и домики распиханы по периметру — а в центре довольно хорошо просматриваемые площади. Замечаю, что кроме Ильяса никто с помоста не целится — остальные снайпера теперь встали и смотрят в бинокли. Николаич замечает мое удивление.

— Ильяс и над головой может стрелять, я ему доверяю. Как и Андрею. Вот других стрелков в деле не видал, поэтому пусть пока понаблюдают.

Почти без стрельбы проходим опять до входа. Чисто.

Теперь задача — глянуть — заперты ли клетки и павильончики. Сегодня зачищать все не будем — как нам сказали — задача на день — белые медведи. Их двое, должно мяса хватить на толпу. Некуда их девать, нечем их кормить и зомбобелыймедведь — нахрен не нужен. Тем более, что он может не боится ни льда ни воды… Кто его знает.

И экспериментировать не тянет.

Еще раз патрулями по четыре человека прочесываем Зоопарк.

Чисто. Если кто и остался — то запертым. С этими позже разберемся.

К нам присоединяется Ильяс.

— Смотрю — не вижу — где же слон и гиппопотамы? И носороги?

— А нету. — Николаич лаконичен.

— Как нету? А жрать кого?

— Начнем с белых медведей.

— Мда, не поохотится мне на слона с бегемотом. Теперь уж точно — видно, что Ильясу хочется покуралесить, повеселиться — отработал они с Андреем на отлично. — Да что вы все как поиметые? Что случилось то?

— Сашу крыса укусила.

— А! — веселье у Ильяса как сдуло.

В крепость возвращаемся без воодушевления. Дарье пока решили ничего не говорить.

В штабе как это ни странно обстановка нормализовалась. Видимо переговоры прошли нормально. Каптри сидит тут же, разговаривает по телефону. Нас спрашивают — хотим ли мы галет и мясорастительных консервов? Николаича явственно передергивает. Нет, не хотим. Я тоже не хочу — ел я эти галеты. По твердости они превосходят фанеру. Раза в два. Размягчить их можно, только положив на раскаленную печку. Тогда они становятся мягкими, но горячими — в рот не взять, не то, чтоб жевать. На зубах шипят. А как чуток остынут — становятся еще тверже. Сам бы в это не поверил, но убедился. Потому, когда читаю, что алмаз — самое твердое вещество в мире, сомневаюсь. Это они галет не видали.

Докладываем, что территория Зоопарка вчерне зачищена. Можно подступаться к медведям. Вызывают Павла Ильича — организация службы грузчиков на нем. Он же и за эвакуацию отвечает. Сейчас как раз первую партию отправляют — по одному гуськом, чтоб лед не просел женщины, дети и пятеро «расписных» (уголовников в татушках — по личной просьбе Михайлова) — всего числом 220 человек — столько в баржу поместится — идут к пришвартованной к ледовому полю барже и залезают внутрь. Судя по всему — должны бы уже и погрузиться.

Точно, слегка запыхавшись, прибегает зам. по тылу. Видно, что он в сомнении.

— Эти блатные что-то очень веселые были, не нравится мне это. И вежливые стали перед посадкой. Что не нравится еще больше.

— Экипаж в курсе, вооружен, естественно. Перепрыгнуть не получится с баржи — канат буксирный длинный достаточно. А там патруль встретит — спокойно говорит каптри. — Есть уже опыт общения с этой публикой.

— Похоже, что Змиев не очень утруждает себя толерантностью и гуманизмом? — ехидствует Овчинников.

— Почему же. Утруждает. У нас была демонстрация правозащитников вчера на Якорной площади — так не поверите — ни одного не повесил.

— Правозащитники? Серьезно? И с какими лозунгами?

— Долой сталинизм! Фашизм не пройдет! — ну и так далее.

— И чем кончилось?

— А к ним пара зомби на шум пришли. Дальше не знаю.

— Ясно. Павел Ильич! Охотничья команда вчерне зачистила зоопарк. Можно направлять людей за мясом.

— Наверное, не сейчас — медведей же разделать надо?

— Так ведь и Вам грузчиков собрать время нужно?