Читаем Ночная погоня полностью

— Если позволите заметить: сэр, это, с вашего разрешения, совершенно нелогично. Концентрических кругов вокруг Большого Кольца можно построить сколько угодно — с центром на Земле и до самой лунной орбиты, даже, м©жет быть, и дальше, с любой гравитацией, ведь числом оборотов колец можно регулировать…

— Не принимайте меня за идиота, я это тоже знаю. Не об этом речь. Речь о том… Вам скучно? (Кибер прекратил нервно подергивать ногой и поспешно извинился.) Конечно, вам скучно. Тогда ладно: что вы можете мне предложить?

— Я удручен, — сказал кибер, уважительно склонившись, — каждого, кто бы ни пришел сюда, я обязательно должен направить куда-то на работу. Так я запрограммирован. Конечно, я мог бы сменить программу, но это, так сказать, было бы неуместно. Раз уж так меня рассчитали, то я и должен быть нарядчиком.

— Очень правильно. Поэтому я и пришел сюда.

— Что вы умеете, сэр, если позволите спросить?

— Я довольно хорошо плаваю, хотя мой баттерфляй не безукоризнен; я человек веселого нрава и добродушный; думаю, у меня хватит смелости, чтобы ради какой-то большой цели рискнуть жизнью… (Кибер позволил себе вежливо хмыкнуть.) Ну что еще сказать? Люблю петь. Не достаточно? Ненавижу синтетический клубничный крем. Тоже не достаточно? Там, наверху, на Баффинском заливе, можно увидеть довольно сносного снеговика, я две недели его лепил…

Кибер покачал головой.

— Я придерживаюсь того мнения, сэр, что все это здесь, на Земле, не нужно.

Человек встал. Серые глаза его насмешливо блеснули, на обнаженном торсе заиграли мускулы.

— Внизу у ворот ждет моя лошадь, — усмехнулся он. — Я ее заарканил. Знаете, что такое аркан?

— Боюсь, сэр, что мои диоды могут пострадать, если…

— Не мучайте себя. Вы на это не запрограммированы…

— Но, сэр, лошади, если не возражаете, опасны. В результате Двухчасовой Войны появились такие генетические мутации лошадей, что…

— Знаю. И моя поначалу чуть не перекусила мне горло. Ну, а теперь терпит меня и на хребте. На галопе я попадаю в цель.

— Чем, сэр, если позволите спросить?

— Да, конечно, я ведь не сказал. Пращой. Я сделал пращу сам. Как она действует, тоже не знаете?

— Примитивная реализация основного баллистического принципа, — проворчал кибер. — Сожалею, сэр.

— Никогда не сожалейте, приятель. Лучше скажите, где я мог бы сделать что-нибудь полезное?

— Боюсь, сэр, что здесь, на Земле, нигде. Видите ли…

— Видите ли. Но если я уже явился, видите ли…

— Несомненно, сэр, непременно я должен вас куда-то направить. Вы обязательно хотите остаться на Земле?

— Почему бы и нет? Уже давно радиация здесь ниже уровня, опасного для человека.

— Несомненно, сэр, однако ваши претензии…

— Нет у меня никаких претензий.

— Ну тогда не могу предложить ничего другого, сэр: с вашего позволения, я направлю вас в резервацию одичавших киберов.

— Там совсем негодные экземпляры?

— К сожалению.

— И они никуда не годятся, эти чокнутые киберы?

— Именно, сэр. Вы нашли точное словечко.

— Хорошо. Я приведу их в порядок. Вы можете дать мне направление?

Кибер проводил мужчину до дверей. Там остановился и, склонив голову, смущенно произнес:

— Не разрешите ли один вопрос, сэр?

— Валяйте!

— Вы, если не ошибаюсь, родились на Большом Кольце?

— Конечно же. Где еще я мог родиться?!

— И я предполагаю, что еще никогда…

— Нет, никогда я не был в других местах. И не хотел нигде жить, кроме как на Земле. Побег сюда — для меня настоящая авантюра. Еще мой дед родился на Большом Кольце, где мы беззаботно живем, потому что все получаем отсюда и с других планет — спасибо, хорошо отлажена система киберов-роботов. Удобно живем, слишком удобно, ведь гравитация на Большом Кольце составляет лишь четвертую часть земной. Сто пятьдесят лет назад совет решил — и с тех пор так и повелось, — что самым большим авторитетом должны пользоваться у нас учителя физкультуры и спортивные тренеры. — Он насмешливо улыбнулся. — Знаете, друг, при такой гравитации намного легче прыгать — и в высоту и в длину… Только там…

— Но тогда уж… Там, наверху, видите ли, все идеально. Значит, если ничего не имеете против, совершенно нелогично, что вы…

— Для мозга кибера, конечно, нелогично. Это не укладывается в кибернетическую логику. Но вы привыкнете. Привыкнете, потому что я — только первый, но не последний. Будут другие, их будет все больше и больше, тех, кто тайно и планомерно готовит побег. В первую очередь они тренируют свои мускулы. Но не для того, чтобы там, наверху, стать чемпионами в прыжках в длину и в высоту… Будут другие, они бросят Большое Кольцо и вернутся, чтобы снова овладеть Землей. Надоело нам, третьему поколению, нежиться в теплой водичке. Понимаете? Да нет же, не понимаете! Но потом поймете, дружище. Когда-нибудь… В общем, смотрите: здесь, на Земле, у человека есть вес и все, что он делает, имеет вес. Поймите, невесомым не стоит жить… — Он дружески похлопал по плечу ошеломленного кибера, как будто имел дело с человеком, и сбежал по лестнице.

Кибер услышал, как внизу заржала лошадь, а потом удаляющийся топот копыт. Он покачал головой, надменно выпрямился и окликнул покорно ожидавшего маленького робота: