Читаем Ночная магия полностью

Выражение замешательства, которого она никогда раньше не видела на лице Баэла, исказило его черты.

— Это не работает. Возможно, то, что я выступаю в роли проводника, мешает твоей способности чувствовать магию. Может быть, тебе стоит попробовать это самостоятельно. Если я увижу, что ты снова теряешь контроль, я остановлю процесс.

Урсула кивнула.

— Конечно. Думаю, я готова. Это всё… совершенно логично, — выпалила она.

Она спрыгнула с трона, сгорая со стыда от того, что её покрасневшая грудь выдавала всё. Дурацкая бледная кожа.

Баэл встал и спустился по ступенькам.

— Если я увижу, что ты теряешь контроль, то оттащу тебя в ту же секунду.

Она кивнула, всё ещё пребывая в оцепенении, затем села на трон.

Как только Урсула села, холодная магия пробежала по её ногам. Как и велел Баэл, она сосредоточилась на том, чтобы медленно перемещать эту силу вверх по своему телу, постепенно поднимая по ногам. Чернильные тени пробежали по её коже, просачиваясь в поры, поднимаясь от икр вверх. Магия заструилась по её бёдрам, наполняя тело необузданной силой. Когда та устремилась в её грудь, заполняя рёбра, на Урсулу обрушилась волна черноты. Всего на мгновение она оказалась в горящей комнате, и древняя рука протянула ей нож. «Мне нужно подумать о более счастливых временах». Ей вспомнились стены её квартиры в Нью-Йорке — поле голубых и золотых полевых цветов под лазурным небом. Дом.

Её глаза снова распахнулись. Баэл уже потянулся к ней, но выражение в её глазах, казалось, остановило его.

Она смотрела на мир новыми глазами, её чувства обострились. Оглядывая пещеру, она видела тени, мерцающие в кристаллах, чувствовала тёплый землистый аромат грибов. И звук бьющегося сердца Баэла заполнил её уши.

— А теперь, — скомандовала Урсула с трона, и её голос эхом отразился от скалы. — Научи меня двигаться так, как делаешь ты.

Глава 37

Баэл стоял напротив неё в пещере.

— Я вижу, как магия исходит от твоей кожи. Тебе это идёт. Но ты не сможешь двигаться так, как я.

Её тело гудело от тёмной магии. Урсула старалась не думать о руке Баэла, поднимавшейся по её бедру. Заметил ли он, как румянец пополз вверх по её груди?

— Почему нет?

— На обучение уходят месяцы.

— Я всё равно хочу это попробовать.

Он вздохнул.

— Попытка не пытка.

Она скрестила руки на груди.

— И вообще, как долго длится этот магический заряд?

— Пока ты его не израсходуешь.

Урсула склонила голову набок. Сила наполняла её мышцы, и у неё возникло жгучее желание использовать её.

— Так расскажи мне. Как ты можешь так двигаться? Если я правильно помню по Нью-Йорку, ты можешь исчезнуть. Как дым.

— Теневой бег. Это весьма полезно в бою, как ты можешь себе представить.

— И как это работает?

— Как только ты зарядишься ночной магией, ты сможешь перемещаться с места на место просто силой мысли, — облако дыма окутало Баэла. Он исчез из виду, снова появившись в шести метрах от прежнего места.

— Ты просто думаешь о том, куда хочешь отправиться?

— Ты концентрируешься, и магия переносит тебя туда. Но сначала ты должна почувствовать магию теней. Позволь ей стать единым целым с твоим телом.

— Я попробую.

Урсула закрыла глаза, представляя Баэла — его золотистую кожу, запах его тела — как средиземноморский воздух. Ощущение его бьющегося сердца у её рёбер.

В следующее мгновение она оказалась прижатой к его мощному телу. Баэл посмотрел на неё сверху вниз, и на его красивых чертах промелькнуло удивление.

— Прости, — она попятилась от него. — Я не хотела оказываться так близко.

Он нахмурил брови.

— Как ты это сделала?

— Ты сам сказал мне, как это сделать.

Он медленно покачал головой.

— Никто не учится этому сразу. Может быть, П.У. обучалась этому, но… на Земле не так уж много кристаллов люмена.

— Я хочу продолжать практиковаться.

Он глубоко вздохнул.

— Ладно. Но не здесь. Пойдём со мной в атриум.

— Почему не здесь?

— Потому что один неверный шаг, и ты сорвёшься в бездну.

— Верно подмечено.

Урсула подобрала с пола свой плащ, но с ночной магией, бурлящей в её венах, она вряд ли в нём нуждалась. Теперь она понимала, почему такой демон, как Баэл, чувствовал себя неуязвимым против холода.

Она последовала за ним по узкому мосту — такому похожему на её видения о бездне. Но она больше не испытывала сильного желания бросаться туда.

Когда они добрались до другой стороны моста, она пошла рядом с Баэлом, и её рука касалась его руки. Каждый раз, когда она думала о том, как его магия скользила вверх по её бедру, по её телу разливался опасный жар. Но что это вообще значило?

Урсула опасно возбудилась, а потом Баэл отпрянул, как будто обжёгся. Осознал ли он… испытывал ли он отвращение? Сама мысль о его отвращении вызывала у неё желание свернуться калачиком в бездне и никогда больше оттуда не выходить.

«Ты ничего не значишь для меня», — сказал он тогда. Урсула всегда придерживалась мнения, что нужно верить кому-то на слово. Бритва Оккама, и всё такое. Кроме того, невозможно угадать, о чём думает другой человек, поэтому всё, на что приходилось полагаться — это на его слова.