Читаем Ночная магия полностью

Лорды сидели в серебряных креслах вокруг стола — кроме Хотгара, который восседал в огромном, похожем на трон кресле во главе. Жёны сидели за другим столом.

Маленькая служанка-онейройка поспешила к Урсуле, подзывая её вперёд.

— Сюда, миледи.

Служанка подвела её к свободному месту за столом жён, затем протянула руку за плащом Урсулы.

Урсула сняла его.

— Я оставлю его при себе, спасибо, — она хотела держать серебряное кольцо как можно ближе. Ей понадобится её маленький талисман на удачу, чтобы пережить сегодняшний вечер.

Когда Урсула повесила свой плащ на стул, в помещении воцарилась тишина. Одиннадцать пар глаз уставились прямо на неё, разглядывая её жемчужное платье. И, как и прежде, она сидела рядом с Принцессой-Готом, Женщиной-Викингом и Когтями.

Она глянула на Женщину-Викинга, одетую в платье цвета морской волны. На её подбородке виднелся насыщенный пурпурный синяк. Она кивнула Урсуле.

Другие женщины были не совсем так дружелюбны. Принцесса-Гот отвернулась, продемонстрировав Урсуле свою бледную спину, покрытую чёрным кружевом.

Когти мрачно посмотрела на Урсулу, постукивая длинным красным когтём по своему серебристому кубку. Серебристые волосы Когтей рассыпались по фиолетовому платью.

— Кто пригласил шавку?

Урсула прищурила глаза.

— Меня зовут Урсула.

Викинг покрутила свой бокал с шампанским, бросив резкий взгляд на Когтей.

— Полегче, Будстурга. Мы не должны устраивать сцен.

Так вот как зовут Когтей — Будстурга.

Принцесса-Гот бросила на неё мрачный взгляд.

— Присутствие здесь человека нарушает баланс. И запах невыносимый.

Урсула склонила голову набок. «Хочешь устроить склоку? Я тебе покажу склоку».

— Забавно. Твой муж Абракс не думает, что я человек. Видимо, именно это ему и нравится во мне.

Принцесса сверкнула глазами.

— У него есть извращённое увлечение уродами.

Урсула взяла свой бокал со стола.

— Ну, и что это говорит о тебе, раз ты его жена?

Викинг хлопнула ладонью по столу.

— Я же сказала, мы не должны устраивать сцен. Ну серьёзно, дамы. Кто здесь настоящий враг?

Лицо Будстурги выражало неверие.

— О чём, ради всего святого, ты говоришь? О том онейрое?

Викинг наклонилась и прошептала:

— Когда ты в последний раз видела, чтобы женщина сражалась? Наши мужья говорят, что мы должны делать, как нам сказано, потому что женщины слабы, — она посмотрела прямо на Урсулу. — Но Урсула доказывает, что они ошибаются. Если они ошибаются насчёт Урсулы, возможно, они ошибаются насчёт всех нас.

Принцесса-Гот скрестила руки на груди, практически надув губы.

— И вообще, почему ты так ненавидишь своего мужа?

Викинг пожала плечами.

— Твоего я тоже ненавижу. Он — чудовище. Но Хотгар — тот, с кем мне приходится жить. Ты видишь это? — она указала на фиолетовый синяк у себя на подбородке. — Это потому, что я проиграла пари на потасовку.

Будстурга вонзила коготь в канапе.

— Мужчины жестоки, да. Их лучше избегать.

Викинг повернулась к Урсуле.

— Само собой, Баэл другой. Он не женат. Но мне говорили, что ему действительно нравятся женщины. Те слухи о нём как о любовнике — это правда?

Урсула прочистила горло.

— Откуда мне знать? Мы тренируемся вместе. Вот и всё.

Складки на лбу Викинга свидетельствовали о том, что она в это не поверила.

— Конечно, леди Царства Теней никогда бы не легли в постель с мужчиной до замужества. Но я полагала, что такая женщина, как ты… — она умолкла на полуслове.

Брови Урсулы взлетели вверх.

— Я не знала, что у демонов есть правила относительно секса до брака.

— Не у всех демонов, — сказала Принцесса-Гот. — Только у знати Царства Теней.

Урсула кивнула.

— И дайте угадаю. Это относится только к знати женского пола.

— Естественно, — сказала Будстурга.

Викинг наклонилась ближе.

— Это действительно кажется несправедливым. Мы должны испытать их, прежде чем подписываться на отношения. Первый раз, когда я поцеловала Хотгара, случился на нашей церемонии заявления прав. Это стало ужасным разочарованием, но к тому времени было уже слишком поздно.

Урсула сделала глоток вина, настолько увлёкшись разговором, что едва не пропустила, как официанты принесли тарелки с дымящимся грибным супом.

— Что такое церемония заявления прав?

Викинг шумно поглощала свой суп.

— Это церемония, когда муж предъявляет права на свою жену. Это единственная традиция, которую воины Никсобаса переняли у онейроев. И поскольку это исходит от зверей, это определённо дико.

Урсула покачала головой.

— Но что это такое?

Будстурга вонзила когти в овощную нарезку. С поеданием супа ей придётся непросто.

— Когда воин предъявляет права на женщину, они обмениваются кольцами. Затем контракт скрепляется публичной демонстрацией похоти. Ничего слишком откровенного, Никсобас бы этого не допустил. Но воин должен продемонстрировать сексуальное доминирование над своей женщиной.

— Как вы можете себе представить, — вздохнула Принцесса, — Абракс зашёл немного далеко.

— Это церемония бракосочетания? — спросила Урсула.

— Больше похоже на помолвку, — сказала Будстурга.

Щёки Викинга покраснели.